Обращение к Богу с просьбами: смысл и значение, мнение священников

Есть ли смысл обращаться к Богу с просьбами?

Приблизительное время чтения: 6 мин.

Мы можем чувствовать правоту своей веры, но не всегда можем ее объяснить или доказать человеку неверующему, в особенности тому, у кого наше мировоззрение почему-то вызывает раздражение. Разумные вопросы атеиста могут поставить в тупик даже самого искренне верующего христианина. О том, как и что отвечать на распространенные аргументы атеистов рассказывает наш постоянный автор Сергей Худиев в проекте “Диалог с атеистами: православные аргументы”.

Смотрите очередной прямой эфир на странице «Фомы» в Facebook по вторникам в 20.00, во время которого вы сможете задать свои вопросы.

Самое первое проявление веры — молитва. Но у многих она вызывает недоумение и вопросы. Есть ли смысл обращаться к Богу с просьбами?

Если у Бога есть план, который в любом случае исполнится, какой смысл может быть в просительной молитве — ведь она все равно бессильна изменить то, что Он уже предначертал?

У Бога действительно есть план, и он неизбежно осуществится, но этот план опирается на свободные действия людей, в том числе, их молитвы. Бог обладает всеведением — то есть полным, совершенным, достоверным знанием обо всем, в том числе, о свободных решениях всех людей, ангелов и бесов. Бог не принуждает людей поступать так или иначе, причина их решений лежит в них самих, но ни один из человеческих поступков не является для Бога неожиданным. Бог, например, знает, что в среду вы будете молиться об операции, которая предстоит вашему другу в четверг — и Бог уже знает, как Он на нее ответит. Молитва не нарушает Его план (Его план не может нарушить вообще ничто), она является частью этого плана. (Мы подробнее рассматривали вопрос о том, как промысл Божий соотносится со свободной волей немного раньше.)

Если Бог и так желает людям добра, зачем же Его умолять?

Вопрос в том, какого именно добра нам желает Бог. Для того, чтобы мы могли обрести то вечное счастье, для которого мы созданы, должны измениться не вещи вокруг нас, а мы сами. Не изменившись, мы не сможем стать райскими жителями — примерно так же, как эгоистичный человек не может стать счастливым в браке.

Эти изменения в нас может совершить только Бог. Но Он создал нас личностями, а не вещами, а личности меняются, принимая решения, делая что-то, что меняет и мир вокруг нас, и, что важнее, нас самих. Когда мы решаем признать нашу зависимость от Бога, поблагодарить Его за Его дары, попросить прощения за наши грехи, мы меняемся — вернее, даем Богу возможность нас менять.

Разве не унизительно обращаться к Богу с постоянными просьбами?

Если нам это кажется унизительным, мы просто проецируем на Бога негативный опыт отношений с людьми. Действительно, обращаясь к кому-то со смиренной просьбой, мы признаем власть этого человека над нами, а люди, увы, склонны злоупотреблять властью над своими ближними.

В атмосфере, где люди ожесточенно конкурируют за статус, за почести, за власть над другими, просить — значит становиться на ступеньку ниже. Как говорит тюремная поговорка, «не верь, не бойся, не проси» – просьба может восприниматься как признак слабости, показывать которую просто опасно.

Но даже между людьми иногда (чаще всего, в семье) возникает атмосфера доверия, когда просящий точно знает, что его любят, и его просьба никогда не будет использована против него. В этом случае просить безопасно — может быть, нам и не дадут просимого, но точно не оттолкнут, не унизят, не станут превозноситься над нами.

Конечно, в молитве мы признаем нашу слабость, зависимость и власть Бога над нами — но признаем это с доверием. Бог не ищет никого унизить. Напротив, когда Он стал человеком в лице Иисуса Христа, Он Сам пожелал претерпеть наихудшее унижение — позорную и мучительную казнь на Кресте — ради нашего спасения. Как говорит Христос, «Ибо и Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих» (Мк 10:45).

Как Бог может одновременно уделить внимание миллионам молящихся христиан?

Время — это Божие творение, поэтому Богу не может его не хватать. Бог не подчинен времени — в том числе, «одновременности». Он никогда не спешит и не занят — у Него есть для вас целая вечность.

Я попробую привести иллюстрацию (и это всего лишь иллюстрация). Автор романа может описывать приключения своих героев, которые происходят одновременно — одни идут по дороге, другие в это самое время беседуют в гостинице и т.д. Нас это не удивляет. Автор романа не подчинен его внутреннему времени, он без труда может быть (с точки зрения отсчета времени внутри романа) и на дороге, и в гостинице, и где ему будет угодно еще. Бог не подчинен нашему земному пространству и времени — Он его автор.

Но как святые могут одновременно слышать молитвы множества людей? Например, миллионы православных каждый день молятся Богородице…

По воле Божией у святых столько времени, сколько нужно. Псалмопевец оплакивает время нашего падшего мира: «Все дни наши прошли во гневе Твоем; мы теряем лета наши, как звук. Дней лет наших – семьдесят лет, а при большей крепости – восемьдесят лет; и самая лучшая пора их – труд и болезнь, ибо проходят быстро, и мы летим» (Пс 89:9,10). Но в раю время — это не поток, который тащит нас от рождения к смерти, это тот объем, пространство, где Бог встречается с людьми и люди друг с другом, и этого пространства всегда достаточно, потому что у Бога не бывает недостатка.

Несколько раз проводились «молитвенные эксперименты» – и все они закончились полным провалом. Разве не доказано, что молитва не работает?

Так называемые «молитвенные эксперименты» состояли в том, что выделялись две группы больных: за одну из них молились, за другую — нет, потом смотрели, где люди лучше поправляются. Никакой разницы замечено не было. Более того, сердечные больные, которым было известно, что за них молятся, поправлялись даже хуже — видимо, они нервничали, полагая, что, раз речь зашла о молитве, их дела совсем плохи.

Но эти эксперименты ничего не говорят нам о молитве, потому что в них нет ни молитвы, ни экспериментов. Молитва — это личная просьба, обращенная к Богу, она предполагает личные отношения. Вы не ставите экспериментов над теми, с кем у вас есть личные отношения — иначе вы их утратите. Молитва с намерением поставить эксперимент над Богом — уже не молитва.

Эксперимент же предполагает контрольную группу — в данном случае, тех, за кого не молились. Но как можно было бы выделить такую группу в контексте молитвы? «Господи, исцели больных в палате номер три, а вот в палате номер четыре не исцеляй, а то у нас результаты смажутся?» Идея «молитвенных экспериментов» была абсурдной с самого начала, так что они и должны были провалиться.

Читайте также:
Православие и секс: что можно и что нельзя, тонкости половой жизни православных, спорные моменты

В Евангелии сказано: «истинно говорю вам: если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: “перейди отсюда туда”, и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас» (Мф 17:20). Есть ли примеры двигания гор христианами?

В том смысле, в котором Господь говорит об этом — конечно, да. Евангелие (как и человеческий язык вообще) постоянно использует яркие метафоры, и стих про гору — не про производство земляных работ силой веры, а про то, что с верой христиане будут совершать то, что считалось абсолютно невозможным. Например, если бы в I веке мы бы сказали римлянам, что придет день и римский император будет христианином, они бы не поняли, о чем мы — а во II веке нас бы просто высмеяли. Христианство было сначала никому не известной, потом — гонимой и презираемой сектой, а потом произошло нечто еще более невероятное, чем ходящие горы — империя стала христианской. Наша собственная страна, Россия, возникла благодаря Крещению Руси — и про нее можно сказать, что она создана верой. Для всего того, что верой добились ученики Христовы, переходящие горы — это еще очень сдержанный образ.

Смотрите 23 января следующий прямой эфир на странице “Фомы” в Facebook.

Есть ли смысл обращаться и молиться к Богу

Обращение человека к Богу случается, когда нам нужна Его помощь. Чувство того, что никто, кроме Господа, не поможет, понуждает нас к учению молитв. Есть ли смысл обращаться и молиться Богу о житейских, обыденных вещах, которые сопровождают человека в жизни — найти хорошую работу, выйти удачно замуж? О чем можно просить Бога?

Правильная молитва к Богу

Мы не всегда понимаем и знаем, что для нас лучше: быть богатыми или людьми среднего достатка, начальником или подчиненным, здоровье полезно нам или же через болезнь мы получим исцеление…

Мы не видим, что будет с нами, но верим в Божью любовь и обращаемся к Нему со словами упованиеия на его милость: «Господи! Я верю, что Ты — Любовь! Я верю, что Ты не допустишь излишних страданий для меня! Всё, что Ты посылаешь, Ты посылаешь по любви и это для меня самое полезное. Ты видишь, что я хочу, но да будет воля Твоя!».

О православной молитве:

Нет ничего вернее и сильнее этого обращения. Эту молитву обязательно услышит Господь и за наше смирение воздаст сторицею. Наша вера именно в Его волю принесет плоды, ведь Он видит дальше, чем мы.

Ярким примером правильной молитвы служит притча о мытаре и фарисее, рассказанной Иисусом Христом. Уверенный в себе фарисей обращается к Богу со словами: «Боже! Благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь: пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю».

Фарисей считает себя праведным и думает, что Господь засчитает его праведность. А мытарь, не смея даже поднять глаза в небо, стоял вдали и произносил несмело: «Боже! Будь милостив ко мне грешнику!». Это и есть та короткая молитва «Молитва мытаря», в которой заключается сокровенное и главное, о чем человек может просить у Бога.

Важно! Мытарь служит образцом того, как мы должны предстоять пред Богом и какими должны приходить к Нему.

Утверждение того, что молитвы трудны для запоминания или восприятия, неверно. Самая простая молитва «Господи, помилуй» слышна в каждом человеческом сердце, даже в тех, кто далек от церкви. В опасные, тяжелые минуты вспоминается именно эта молитва, и она чудесным образом защищает нас.

Молитва как обращение к Богу

Некоторые люди обращаются к Богу своими словами и заявляют, что молитвословы ни к чему. Действительно, если молитва своими словами идет из глубины души, то она бывает услышана Богом. И все же наша душа нуждается в сокровенных словах уже написанных молитв, так как не всегда мы своими словами можем высказать нашу просьбу и желание к Господу. А молитва нам в этом сильно помогает, помогает не сбиться с пути.

Важно! Молитвенное правило — это не просто набор слов и текстов. Молитва — мост между двух миров — земным и небесным. Она открывает нам иное пространство. Слова, с которыми мы обращаемся к Господу, должны быть обдуманны, взвешены, благородны.

Не забываем, что человеческие желания и потребности — не основное, стоит сопоставлять наши амбиции с нашей ответственностью пред Всевышним.

Вера — главная составляющая того, что совершается в нашей жизни и в деятельности. Ведь очень часто бывает так, что мы молимся, но при этом сомневаемся. Не верим, что Бог воздаст нам по нашей вере. Постоянное колебание веры с неверием мешает воплощению желаемого в действительность. И получается, что наши молитвы становятся бесплодными.

Яркими примерами неисчерпаемой веры становятся святые люди. Мы обращаемся к ним за помощью, чтобы через них Господь проявил Свою милость. Почему мы надеемся на них? Потому что они имеют непоколебимую веру.

Молитвы ко святым:

Каждый из нас самостоятельно выбирает, чего ему попросить у Бога. Но временами мы не получаем просимого, потому что идем к Господу, как рабы или наемники и не созрели еще к тому, чтобы услышать волю Того, к кому обращены наши молитвы. Продолжаем искать свою волю.

Эти три пути, которые существуют в отношении человека к Богу и являются теми проводниками в получении желаемого. Если выбирать путь раба, который делает что-то из-за страха или путь наемника, которым движет ожидание награды за свои усилия, то мы так и останемся неуслышанными Господом. А путь любящего сына — это путь неисчерпаемой любви, расположения, милости, нескончаемого желания быть с Богом.

Читайте также:
Грех сребролюбия в православии: что значит, опасность и причины греха, последствия и наказания, искупление и победа над грехом

Мы со своей свободной волей можем пройти по всем трем путям в процессе духовного становления и нашей земной жизни. Но задумайтесь, насколько отношения отца и сына глубже, совершеннее и тоньше, чем все остальные случаи. В них есть место любви, доверию, готовности услышать волю Отца и исполнить ее, какой бы она ни была.

«Батюшка, помолитесь за меня». Что не так с этой просьбой?

«Готовы ли вы к смирению, которое просите?»

— Вы писали, что мы приходим к Богу со стандартными пожеланиями, как к Новому году — здоровья, счастья, успехов в личной жизни. Если мы к Богу относимся как к Отцу, разве не можем с такими просьбами обращаться?

— Можем. Конечно, можем. Даже в книжке у меня есть такая фраза: если тебе что-то по-настоящему нужно от Бога, ты с Ним об этом поговори.

Если ты читаешь в молитве о смирении, терпении — а уверен, что тебе нужно смирение и терпение? Ты уверен в том, что ты говоришь в этих словах, которые в молитвослове переведены, там же много всего такого благочестивого мы просим, великого, тебе всерьез это нужно или тебе деньги сейчас нужны? Если тебе деньги сейчас нужны, ты лучше денег попроси.

Вы же с сарказмом эту фразу построили.

— Когда для человека нет самого Бога и Отца, тогда он просит у кого-то другого, ему сам Бог не интересен.

Потому что если мой сын ко мне обратится как к отцу и нужна будет помощь в деньгах, я, конечно, ему дам. Это же совершенно естественно, родители помогают своим детям, но для этого нам нужны эти отношения.

Когда подхожу к иконе, мне хочется попросить чего-то личного, а у меня страх, думаю: «Я с какими-то бытовыми вопросами, так нельзя, это некрасиво, это очень плохо».

— Можно попросить, просто обращайся к Отцу, а не к какому-то неизвестно чему. У вас должны быть эти отношения. Если вы просите что-то у Отца, то вы просите что-то у Отца. Какая разница, что вы просите?

Если вы просите у Отца каких-то вещей уже более серьезных, то вы должны за это тоже отвечать. Потому что мы все просим каких-то великих вещей — смирения, терпения, целомудрия, смиренномудрия и так далее. Действительно нам это нужно или нет?

«И знай, — пишет авва Дорофей, — когда ты просишь у Бога: «Господи, дай мне смирения», то ты просишь, чтобы Господь послал тебе человека, который тебя обидит, унизит и оскорбит». Вот. Мы когда ходим смирения, мы что хотим?

Мы хотим заснуть гордыми, а проснуться смиренными, чтобы само по себе это получилось, а так не бывает.

Поэтому когда мы просим даров Божиих, за каждый дар Божий, за каждое слово мы отвечаем. Поэтому если я действительно прошу у Бога смирения, зная, как это смирение дается, то я готов на этот путь и Бог меня на этом пути не оставит. Просто так просить смирения или терпения бессмысленно.

Зачем обращаться к святым

— Я не до конца понимаю, когда говорят: «Мне Матронушка дала ребенка». В каких случаях обращаются к святым, если, по-моему, все дает Бог?

— Вы не должны обращаться к святым, если у вас нет в этом никакой потребности.

Почему люди молятся святым? Они молятся по-разному. Те люди, которые стоят в этой многотысячной очереди к Матронушке, им во многом совершенно наплевать, кто такая Матронушка и кто такой Бог. Они пришли, потому что там просто работает. Это вопрос чисто магического обращения к чему-то неизвестному, что может тебе помочь, поэтому это я не могу комментировать.

Я обращаюсь только к тем святым, которые являются моими друзьями, и обращаюсь так, как обращаются люди к друзьям. Когда я кого-то из святых принял в сердце и очень полюбил, таких немного, тогда я прошу у них помощи тоже в какие-то определенные моменты.

— Как у друзей?

— Как у друзей, да. В принципе, такого пантеона святых, которые существовали бы для меня, как те, которым надо обязательно молиться, у меня нет. Я к этому отношусь совершенно спокойно, потому что в первую очередь молюсь самому Богу.

Святые прошли этот путь к спасению, они полюбили Христа. Мне тоже хотелось бы полюбить Христа, как любил Его Силуан Афонский, или как любил Софроний Сахаров и многие другие, или как Нил Сорский, или как Максим Грек, как Сергий преподобный, как Серафим Саровский. Мне бы тоже очень хотелось научиться этой любви. В этом смысле они мне полюбились, поэтому я знаю, как к ним обращаться.

Почему я к ним обращаюсь? У меня есть для этого основание внутреннее, а к Матронушке я не обращаюсь, потому что меня ничего с ней не связывает.

Если у вас есть кто-то из святых, которого вы любите, я думаю, что вы так же легко сможете и с ним поговорить, и обращаться к нему за помощью.

«Батюшка, помолитесь за меня»

Вы говорите о том, что многословие в молитве — это не есть хорошо и не обязательно молиться словами. Почему?

— Это не я говорю. Я просто напоминаю то, о чем говорит Христос, когда учит нас молитве: «Не будьте в молитве многословны». То, чего мы никак не можем исполнить.

Иногда внутреннее состояние человека тоже может быть молитвенным. Молитвенной может быть тишина, молитвенным может быть молчание.

Я думаю, что такой опыт бессловесной молитвы может быть у любого человека. В тишине, в красоте, в каком-то состоянии замершем, в божественном прикосновении не обязательно что-то говорить. Иногда это просто к тебе приходит, как божественное явление и благодать, которая не даст тебе и слова сказать, когда это с тобой случится.

Вы понимаете, что мне кажется неправильным? Церковь разделена на какие-то касты сверхпосвященных, которые умеют молиться, и каких-то простых людей, которые молиться не умеют, поэтому они все время говорят: «Батюшка, помолитесь за меня».

Читайте также:
Божественное откровение: что это такое, понятие и виды, основные черты и истолкование

Почему кто-то считает, что батюшка может молиться лучше, чем не батюшка. Почему существует такое мнение, что у мирян, у царственного священства нет молитвенного опыта, молитвенной свободы ровно в такой же степени, как у священства? Мы разные церкви, что ли? Мы разные Евангелия читаем? Мы по-разному причащаемся святых Христовых таин?

Нет, конечно. У нас молитвенный опыт может быть совершенно равным. Просто мы об этом не задумываемся, мы боимся себе позволить этот личный молитвенный опыт, а из него состоит, между прочим, духовная жизнь. Вот она где!

Центр духовной жизни — это молитва и есть. А мы все время думаем, что кто-то за нас помолится. Записочку напишем, с акафистами молебен, или какую-то особенную с тремя галочками и с просфоркой, чтобы нас как следует помянули на проскомидии. Какой в этом смысл? Не в этом все дело. Дело в личном опыте богообщения.

Обращение к Богу: как правильно молиться, чтобы потом не жаловаться, что тебя не слышат

Есть такой не самый удачный анекдот: «Если ты говоришь с Богом, то это молитва, а если Он с тобой — это шизофрения». Бог и правда редко обращался к человеку напрямую, а если делал это, то чаще опосредованно — через ангелов. А анекдот мы вспомнили не случайно: он хорошо показывает, какую пропасть человек придумал между собой и Господом.

Мы настолько привыкли, что у нас нет связи с Всевышним, что молитву давно воспринимаем лишь как религиозную формальность. В действительности она — это реальное обращение к Богу, через которое можно получить ответ.

Раньше молитвами обращались к Богу, чтобы поблагодарить и восхвалить Его

Молитва — обращение человека к Богу. Восходит она, вероятно, к гимновой традиции. Из текстов пирамид мы знаем, что древние египтяне записывали гимны в честь Божеств.

Похожие по духу сочинения несколько тысячелетий передавала устная традиция Индии — веды

Оба корпуса текстов объединяет их направленность — это молитва благодарения и восхваления высших сил. В них ни о чём не просили. Человек просто стремился к духовному и был рад возможности обратиться к нему напрямую.

Сегодня многие, по незнанию, хотят при помощи молитв просить Бога об исполнении желаний

Сегодня это понимание молитвы почти утрачено. И если богослов или достаточно образованный священник ещё понимает смысл обращения к Богу, то в широком сознании произошло то, что называется профанация религия.

Прихожан чаще всего интересует, как просить помощи у Бога так, чтобы Он точно помог. И это ещё деликатная формулировка.

Серафим Саровский молился уединённо. Он не преследовал каких-либо материальных целей. Его молитва нужна была для общения с Господом. Фото: history-doc.ru

Для многих Бог будто бы превратился в джинна, исполняющего желания по заказу.

«Батюшка, прошу о помощи, какому святому молиться, чтобы купить хорошую машину?», — уже стандартный вопрос во многих храмах. А самое страшное — когда на них есть стандартный ответ: «Тому-то и тому-то, дитя моё».

Святые отцы тоже говорили, что молитва нужна для того, чтобы любить Бога

У святых отцов мы находим ту же мысль: молитва — это не технология исполнения желаний, а способ общения с Всевышним.

Св. Иоанн Лествичник пишет:

«Молитва есть общение и единение человека с Богом».

Св. Иустин Попович говорил:

«Любовь к молитве непрестанно усиливает нашу любовь к Богу».

Бог — это друг верующего, с Ним общаются, Его любят, а не торгуются за молитвы

Увы, многие превратили образ Господа в какой-то бюрократический или автоматизированный инструмент. Спрашивая о том, как правильно просить у Бога помощи, люди, видимо, ожидают чёткую инструкцию: день недели, количество свечек, список молитв.

Но этого нет и быть не может. Вера — не то место, где действуют шаблоны, здесь важно искреннее человеческое чувство. И либо оно у тебя есть, либо ты к Господу безразличен. Но любовь к Богу — вовсе не гарантия, что тебя «услышат» и тебе ответят на все просьбы. Как же так получается? Разберёмся в следующем разделе.

Бог слышит на наши молитвы, но выполняет лишь те просьбы, которые полезны для человека

Как вы думаете, слышит Бог каждую молитву или только искреннюю? Некоторые скажут, что только искреннюю. Но это прямо противоречит идее о том, что Господь всезнающ.

Он видит и знает всё. В том числе и молящихся людей

Богу ведомы наши желания ещё до того, как мы их озвучили. Но почему тогда далеко не каждая просьба бывает исполнена? Здесь может быть несколько причин.

1 причина. Человеку навредит то, что он просит.

Скажем, увидел мальчик у папы ружьё. «Дай поиграть!». Даст ли отец оружие ребёнку? Нет, конечно. Ребёнок огорчится, обиделся. Но кто будет спорить с тем, что взрослый поступил правильно? Конечно, не будем. Вот и Бог нам часто не даёт вредных вещей. Ну, допустим, мы же не просим у Господа бомбу.

Не исполняя желание человека, Бог может спасать его от беды. Продолжим историю, чтобы наглядно объяснить. Отец пошёл и, дабы загладить вину, дал ребёнку мячик. Плохо ли это? Нет, спорт — это хорошо. Мальчик играл с мячом и зафутболил на дорогу. Погнался за ним и погиб под машиной.

Ведал ли отец, к чему приведут его по сути добрые намерения? Нет. А если бы ведал, дал бы мяч? Конечно, нет. Так и Господь часто не даёт нам то, чего мы жаждем, не от вредности, из заботы. Мы просто не знаем, к чему могут привести некоторые события.

2 причина. Человек должен добиться цели сам.

Мы пришли на землю не просто так, а чтобы реализовать то, что мы называем жизнью. Всегда приятно наслаждаться плодами своей деятельности. Хотя, кто будет спорить, что можно всё лето выращивать помидоры, а на рынке они всё равно больше и вкуснее? Однако надо смотреть на эти вещи глубже.

Есть такая байка: человек попросил у Господа храбрости, а потом пошёл на улицу — ограбили бандиты. Через неделю — опять те же хулиганы. Устал так жить бедняга и в следующий раз дал отпор — и победил.

Читайте также:
Православие и красная нить из Израиля: отношение церкви и мнение священников, можно ли носить или нет

Так и перестал бояться. Потому что храбрость — это не какая-то галочка в настройках человека, а качество, которое строится на определённом опыте, некоторых предпосылках.

Человек не должен перекладывать дела на Бога. Апостол Павел — отличный пример для каждого верующего. Он сам активно трудился во славу Христа, популярностью христианства мы во многом обязаны ему. Фото: azbyka.ru

То же касается многих вещей. Здоровье не даётся само по себе. Если ведёшь вредный образ жизни, никогда не выздоровеешь. Даже богатство — это особое настроение сознания.

Есть ещё одна классическая байка: бездомным дали денег и заселили в некий квартал. Через полгода все оказались на улице: их умонастроение не было готово жить в новом статусе. Поэтому Бог даёт людям лишь то, что они готовы получить.

Молитва по соглашению — одна из обсуждаемых сегодня церковью форм общения с Богом

А как просить у Бога помощи предлагают сами верующие? Очень популярный метод — молитва по соглашению. Она сегодня неоднозначно оценивается православной Церковью. Эту молитву много лет вместе с верующими практикует выдающийся и широко известный протоиерей Владимир (Головин).

Суть такой молитвы заключается в том, что в одно и то же время верующие, по договорённости, начинают читать одну и ту же молитву (обычно — какой-либо акафист). Подразумевается, что это усилит молитву и увеличит шансы на то, что человек ощутит на себе Божественную благодать.

Протоиерей Владимир (Головин) на молитве по соглашению в г. Болгар. Фото: psy-magic.org

Однако ряд деятелей Церкви против молитвы по соглашению. Сам протоиерей Владимир уверен, что причина не в самом методе, а в заговоре неких лиц против него. Если простыми словами, то батюшка убеждён, что на него просто открыли травлю.

Касательно молитвы по соглашению он сообщает, что это историческая церковная практика, и отказываться от неё не собирается.

Использовать ли этот метод молитвы? Тут каждый верующий может спросить только себя. Один священник запретит, другой одобрит. Это не столько мнение церкви, сколько лотерея между частными взглядами. Православие единого отношения к молитве по соглашению не имеет.

Правильно попросить у Бога помощи можно, сказав: «Да будет на всё воля твоя»

А что говорят о молитве священники? На видео ниже протоиерей Владимир (Головин) рассказывает, как правильно просить у Бога помощи:

Ссылка на видео:

Батюшка сообщает, что единственная правильная форма молитвы это — «Господи, да будет воля твоя».

Любой другой вариант — это просто попытка навязать Господу свой сценарий развития ситуации. Человек же должен помнить, что Богу виднее. Верующий вправе высказать пожелания, но в конце всё же сделать акцент, что полностью вверят себя в руки Бога.

«Вверяет» — самое удачное слово, ведь в его корне «вера». Когда же мы говорим Богу, что нужно поменять, это уже безверие. При этом сам Владимир «Головин» не сомневается, что при сильной молитве Бог, из любви Своей, может уступить просьбе человека. Но это приведёт только к плохим последствиям.

Можно молиться своими словами, хотя есть отче наш — это универсальная молитва на все случаи

Есть свод канонических молитв. Они подходят для разных людей и случаев, но многие верующие жалуются, что малопонятные фразы на церковнославянском языке им трудно произносить с искренностью. Хочется обратиться от сердца, а текст только мешает.

Молитва своими словами — допустимая практика в православном христианстве. У неё есть противники, но большинство деятелей Церкви терпимо относятся к ней. А ряд христианских течений и вовсе отошёл от текстов молитв.

Проповедуя, Иисус Христос научил людей универсальной молитве — Отче Наш (К. Г. Блох, картина «Нагорная проповедь», 1877 г.). Фото: upload.wikimedia.org

Впрочем, не всегда удаётся подобрать правильные слова, а молитвы, подходящей к случаю, нет. Что делать? Читать ту молитву, которой, согласно Евангелию, научил нас Господь Иисус Христос:

Хлеб насущный — это поэтически обобщённые все нужды человека. В это выражение можно вложить все свои чаяния, а Бог поймёт, о чём мы.

Молитвы, например, на благословение детей нужно читать в смиренном умонастроении

Многие молитвы что-то человеку дают. Например, есть молитва на благословение ребёнка:

(И наложить на ча́до кре́стное зна́мение.)»

После её прочтения обычно благословение детей завершается наложением на них крестного знамения.

Как благословить ребёнка, но при этом не уподобиться тем, кто у Бога что-то «заказывает»? Просто помним, что всё в руках Божиих. Можно так и завершить молитву фразой: «Жизнь моя и моих чад в руках Твоих, Господи, доверяю тебе», — или что-то подобное своими словами. Это создаст правильное, смиренное умонастроение.

Кроме молитв в разных религиях называют и другие формы общения с Богом: подвижничество, мантры, заклинания, богослужения и пр.

Молитва — это далеко не единственная форма общения с Богом. Коротко поговорим про самые известные из них.

Подвижничество — это самоограничение человека во славу какого-либо божества. В общих чертах идея этой практики сводится к тому, что есть две формы реальности: духовная и материальная

Одна из них способна затмить другую, а потому человеку полезно отказываться от мирских благ, чтобы соприкасаться с высшими энергиями. Отсюда берут начало обеты, посты, отшельничество, юродивость и прочие вариации аскетизма.

Некоторые культы убеждены, что подвижничество, если его совершить во славу какого-либо Божества, может гарантировать подарок от этого самого Божества.

Мантры — набор божественных имён и ритуальных звуков, которые позволяют верующему сосредоточить ум на высших размышлениях. Мантрам приписывают чудодейственную целебную силу.

Эти звуки широко применяются в богослужениях индуистов и буддистов. Это способ поговорить с Богом или Его энергиями, персонифицированными как другие божества

В ведическую эпоху мантры не были способом что-то «заказать» у высших сил, а лишь формой общения. Но сегодня из-за профанации религии распространилось много «учений» о том, какая форма от чего помогает.

Молитва — это когда служишь Высшим силам, заклинание — когда они служат тебе.

Заклинания — форма выродившихся религиозных ритуалов. Древние люди жили в служении Божествам, а потому их духовная жизнь сводилась к поиску ответа на вопрос: «Что я могу сделать для высших сил?». Магия перевернула всё с ног на голову: «Что высшие силы могут сделать для меня?».

Читайте также:
Клирик: кто такой в православной церкви, значение и обязанности, деятельность, как стать

Заклинение — это набор ритуальных действий и/или звуков, которые, как утверждают адепты магии, заставляют высшие силы выполнить желание колдуна

Богослужение (в широком смысле — ритуал) — в разных вариациях встречается повсеместно. Обычно предполагается, что ряд ритуальных действий может приблизить человека к Богу.

«А как ещё люди приближались к Богу?», — праве спросить любознательный читатель. Вариантов масса. Например, в древней Месопотамии популярностью пользовалась храмовая проституция. Люди были убеждены, что при помощи такой интимной связи могли сблизиться с богиней Иштар.

Церковная традиция прямо запрещает верующим прибегать к подобным действам, вроде заклинаний и мантр.

Однако, в рамках нашей традиции есть аскетизм и богослужения, а Иисусова молитва пусть не 100% соответствует, но довольно близка по сути к мантровым практикам

Нет оснований сомневаться, что во все века, ещё до Рождества Христова, люди пытались нащупать дорогу к Господу. Разные народы пошли своими путями. Мы с вами предпочли православный. Это замечательно.

У нас на вооружении вера, молитва, таинства и пр. Однако истинный христианин никогда не будет превозносить себя над другими, ибо гордость — это путь уже не к Богу, а от Него.

Общие сведения о Церковном этикете

Людям, идущим в храм, надо знать, что Церковь – это особый мир со своими правилами. Отношения между верующими регулируются правилами церковного этикета, которые соблюдаются при посещении храма или монастыря. В отличие от светского этикета, правила поведения в церковной среде, будучи теснейшим образом, связаны с благочестием, ведут к очищению и преображению сердца Божией благодатью, которая даруется труждающемуся и подвизающемуся. Поэтому церковный этикет должен пониматься не только как свод правил поведения, принятых в целях сохранения церковного организма, но и как путь восхождения ко Христу.

Соблюдение этикета, у человека духовного может стать средством привлекающим благодать Божию. Поэтому нельзя идти в храм вызывающе одетым: женщины не должны быть в брюках, коротких юбках, без головного убора, с помадой на губах; мужчины не должны приходить в шортах, теннисках, в рубашках с короткими рукавами, от них не должно пахнуть табаком. Это вопросы не только благочестия, но и этикета, потому что нарушением норм поведения можно вызвать справедливую отрицательную реакцию (пусть даже только в душе) у окружающих. Всем же, кто имел по каким-то причинам неприятные минуты общения в церкви, – совет: вы пришли к Богу, Ему и принесите ваше сердце, а искушение преодолейте молитвой и любовью.

В церкви и монастыре

Существуют правила обращения к священнослужителям и мирянам, которые рекомендуется соблюдать не только при посещении церкви, но и в повседневной жизни.

В православии существует три степени священства: диакон, священник, епископ.

Обращение к диакону

Диакон — помощник священника. Он не имеет той благодатной силы, которая дается в Таинстве рукоположения во священника. В силу этого диакон не может самостоятельно, без священника, служить литургию, крестить, исповедовать, соборовать, венчать (то есть совершать таинства), отпевать, освящать дом (то есть совершать требы). Соответственно у него и не просят благословения. Но за советом и молитвой к нему можно обращаться. К диакону обращаются со словами: «отец диакон» . Например: «Отец диакон, вы не подскажете, где найти отца настоятеля?». Если хотят узнать имя священнослужителя, спрашивают обычно следующим образом: «Простите, какое ваше святое имя?» (так можно обращаться к любому православному). Если употребляется имя собственное, то ему должно предшествовать «отец». Например: «Отец Андрей, позвольте задать вам вопрос». Если говорят о диаконе в третьем лице, то следует говорить: «Отец диакон сказал мне. », или «Отец Владимир сообщил. », или «Диакон Павел только что ушел».

Формы обращения к священнику

В общении со священником мирянин должен проявлять почтительность и уважение, так как служитель является носителем особенной благодати, которую он получает во время совершения таинства рукоположения на священство.

Существует несколько форм обращения к священнику. В русской православной среде есть давний обычай ласково называть священника батюшкой . Часто к нему так и обращаются: «Батюшка, можно с Вами поговорить?»

Кроме этой, разговорной, формы, есть другая — более строгая и официальная, к примеру: «Отец Михаил, разрешите обратиться к Вам с просьбой?» В третьем лице, ссылаясь на священника, обычно говорят: «Отец настоятель благословил. », «Отец Богдан посоветовал. » Не совсем хорошо сочетать чин и имя священника, например: «Иерей Петр», «протоиерей Василий». Хоть и допустимо, редко употребляется сочетание «отец» и фамилия священника, например: «отец Соловьев». Обращение «святой отец» в православии не принято.

В какой форме — на «ты» или на «вы» — нужно обращаться в церковной среде, решается однозначно: на «вы». Даже если отношения уже близкие, при посторонних проявление в церкви этой излишней фамильярности выглядит неэтично.

Обращение к архиерею

К архиерею обращаются: «Владыко» : «Владыко» — это звательный падеж церковнославянского языка: «Владыко, благословите», «Владыко, позвольте. » В именительном же падеже — Владыка. Например, «Владыка Филарет благословил вам. »

В официальной речи, в том числе письменной, употребляются иные формы. К епископу обращаются: «Ваше Преосвященство» или «Преосвященнейший Владыко». Если в третьем лице: «Его Преосвященство».

Обращение к архиепископу и митрополиту

К архиепископу и митрополиту обращаются: «Ваше Высокопреосвященство» или «Высокопреосвяшеннейший Владыко », в третьем лице: «По благословению Его Высокопреосвященства сообщаем вам. »

Обращение к Патриарху

К Патриарху обращаются так: «Ваше Святейшество» , «Святейший Владыко» . В третьем лице: «Его Святейшество».

Письмо можно начать словами: «Владыко, благословите». Или: «Ваше Преосвященство (Высокопреосвященство), благословите.»

Обращение к монахам

Монастырь – это особый мир. И нужно время, чтобы усвоить правила монашеского общежития. Укажем на самое необходимое, что нужно соблюдать в монастыре при паломничестве.

Придя в монастырь паломником или трудником, помните, что в монастыре на всё испрашивают благословение и неукоснительно его выполняют. Из монастыря без благословения выходить нельзя. Оставляют вне монастыря все свои греховные привычки и пристрастия (вино, табак, сквернословие и т.п.). Разговоры ведут только о духовном, не вспоминают про мирскую жизнь, не поучают друг друга, но знают только два слова – «прости» и «благослови». Без ропота довольствуются пищей, одеждой, условиями сна, употребляют пищу только на общей трапезе.

Не ходят в чужие келий, кроме случаев, когда бывают посланы настоятелем. При входе в келию творят вслух молитву: «Молитвами святых отец наших Господи Иисусе Христе Сыне Божий помилуй нас» (в женском монастыре: «Молитвами святых матерей наших. »). Не входят в келию, покуда не услышат из-за двери: «Аминь».

При взаимной встрече приветствуют друг друга поклонами и словами: «Спасайся, брат (сестра)»; а другой отвечает на это: «Спаси, Господи». В отличие от мира, за руку друг друга не берут.

Читайте также:
Крест на могилу: правильный православный крест, размеры и надписи

Для того чтобы верно обратиться к насельнику (насельнице) монастыря, необходимо знать, что в обителях есть послушники (послушницы), рясофорные монахи (монахини), мантийные монахи (монахини), схимонахи (схимонахини). В мужском монастыре часть монахов имеет священный сан (служат диаконами, священниками).

Обращение в монастырях выглядит следующим образом.

В мужском монастыре. К наместнику можно обратиться с указанием его должности («Отец наместник, благословите») или с употреблением имени («Отец Никон, благословите»), возможно и просто «батюшка» (употребляется редко). В официальной обстановке: «Ваше Высокопреподобие» (если наместник – архимандрит или игумен) или «Ваше Преподобие» (если иеромонах). В третьем лице говорят: «отец наместник», «отец Гавриил».

К благочинному обращаются: с указанием должности («отец благочинный»), с добавлением имени («отец Павел»), «батюшка». В третьем лице: «отец благочинный» («обратимтесь к отцу благочинному » ) или «отец. (имя)».

К духовнику обращаются: с употреблением имени («отец Иоанн») или просто «батюшка». В третьем лице: «что посоветует духовник», «что скажет отец Иоанн».

Если эконом, ризничий, казначей, келарь имеют, священнический сан, к ним можно обратиться «батюшка” и спросить благословения. Если они не рукоположены, но имеют постриг, говорят: «отец эконом», «отец казначей » . Иеромонаху, игумену, архимандриту можно сказать: «отец. (имя)», «батюшка».

К монаху, имеющему постриг, обращаются: «отец», к послушнику – «брат» (если послушник в преклонном возрасте – «отец»). В обращении к схимникам, если употребляется сан, добавляется приставка «схи» – например: «Прошу ваших молитв, отец схиархимандрит».

В женском монастыре. Игумения, в отличие от монахинь, носит золотой наперсный крест и имеет право благословлять. У нее поэтому просят благословения, обращаясь таким образом: «мать игумения»; или с употреблением имени: «мать Варвара», «матушка Николая» или просто «матушка». (В женском монастыре слово «матушка» относится только к игумений. Поэтому если говорят: «Так считает матушка», подразумевают игумению.)

В обращении к монахиням говорят: «мать Евлампия», «мать Серафима», но в конкретной ситуации можно просто «матушка». К послушницам обращаются: «сестра» (в случае преклонного возраста послушницы возможно обращение «матушка»)

Как здороваться со священником

По церковной этике священнику не принято говорить «Здравствуйте» или «Добрый день». Священнику говорят: «Батюшка, благословите» или «Отец Михаил, благословите!» и испрашивают благословение.

Во время периода от Пасхи до отдания праздника, то есть в течение сорока дней, приветствуют словами «Христос Воскресе!» , священник благословляет, отвечая: «Воистину Воскресе!»

Если вы случайно встретили священника на улице, в транспорте или каком-то общественном месте, если он даже не в священническом облачении, все равно можно подойти и взять у него благословение.

Всякий верующий человек считает непременным при встрече с батюшкой испросить у него пастырское благословение, но многие делают это неправильно. Разумеется, по такому вопросу нет строгих канонов, однако традиции Церкви и простой здравый смысл подсказывают, как нужно себя вести. Просьба о благословении и его получение являются основными составляющими церковного этикета. Эти действия не являются чистой формальностью.

Благословение имеет много значений. Первое из них – приветствие. Поздороваться со священником за руку имеет право только равный ему по сану, все остальные, даже диаконы, при встрече с батюшкой принимают от него благословение. Для этого нужно ладони сложить вместе, правую поверх левой, чтобы принять в них благословляющую руку. Получив благословение, верующий должен поцеловать руку священника, которой он благословлял, тем самым как бы целуя руку Самого Господа Иисуса Христа. Никакого таинственного значения сложение ладоней не имеет, благодать в них не “опускается”, как учат некоторые старушки. Священник может благословлять прихожан и иначе, например осенять крестным знамением склоненную голову мирянина или благословлять на расстоянии. Злоупотреблять благословением, подходя к одному и тому же батюшке несколько раз в день, не стоит.

Второй смысл священнического благословения – это разрешение, дозволение, напутствие. Перед началом всякого ответственного дела, перед путешествием, а также в любых затруднительных обстоятельствах мы можем просить у священника совета и благословения и лобызать его руку.

Наконец, существуют благословения в ходе церковной службы. Священник, произнося: “Мир всем”, “Благословение Господне на вас. “, “Благодать Господа нашего. “, осеняет молящихся крестным знамением. В ответ мы смиренно преклоняем головы, не складывая рук – ведь поцеловать благословляющую десницу невозможно.

Если же священник осеняет нас священными предметами: Крестом, Евангелием, Чашей, иконой, мы сначала крестимся, а потом делаем поклон.

При расставании вместо прощания мирянин также испрашивает у священника благословения, говоря: «Простите, батюшка, и благословите».

Взаимоприветствия мирян

Поскольку мы едины во Христе, верующие называют друг друга «брат» или «сестра» . Эти обращения довольно часто (хотя, может быть, и не в такой степени, как в западной ветви христианства) употребляются в церковной жизни. Именно так обращаются ко всему собранию верующие: «Братья и сестры». Эти прекрасные слова выражают то глубинное единение верующих, о котором сказано в молитве: «Нас же всех от единаго Хлеба и Чаши причащающихся соедини друг ко другу во Единаго Духа Святаго Причастие». В широком смысле слова и епископ, и священник для мирянина – тоже братья.

В церковной среде не принято даже пожилых людей называть по отчеству , зовут только по имени (то есть так, как мы подходим к Причастию, ко Христу). При встрече мирян мужчины обычно одновременно с рукопожатием целуют друг друга в щеку, женщины обходятся при этом без рукопожатия. Аскетические правила накладывают ограничения на приветствия мужчины и женщины через целование: достаточно поприветствовать друг друга словом и наклоном головы (даже на Пасху рекомендуются разумность и трезвенность, чтобы не привнести в пасхальное целование страстности).

Отношения между верующими должны быть исполнены простоты и искренности, смиренной готовности при неправоте тотчас же просить прощения. Для церковной среды характерны небольшие диалоги: «Прости, брат (сестра)». – «Бог простит, ты меня прости». Расставаясь, верующие не говорят друг другу (как это принято в миру): «Всего доброго!», но: «Храни, Господи», «Прошу молитв», «С Богом», «Помощи Божией», «Ангела хранителя» и т.п.

Читайте также:
Что делать, просфора заплесневела: советы и ответы священников

Если в миру часто возникает смущение: как отказать в чем-либо, не обидев собеседника, – то в Церкви этот вопрос решается самым простым и лучшим образом: «Простите, я не могу на это согласиться, потому что это грех» или «Простите, но на это нет благословения моего духовника». И таким образом быстро снимается напряжение; в миру для этого пришлось бы приложить немало усилий.

Как обратиться к Богу

Нужны ли посредники?

Испокон веков у многих людей сложилось понимание того, что Бог находится где-то далеко от нас, и обратиться к Нему мы, грешные и недостойные, можем только через священнослужителей. Это похоже во многом на отношение людей к собственному здоровью – мол, это дело врачей, пусть выпишут таблетку. В православии же еще принято обращаться к Богу через святых (которых таковыми считает церковь). При этом если спросить у людей, которые молятся Матроне (прекрасная была женщина-христианка, с этим никто не спорит) или заказывают молебен в честь предстоящего поступления в институт, почему они так поступают, вы услышите такие ответы:

«Ну, все так делают. Так принято.»

«Мне так посоветовали.»

«На всякий случай. Авось, поможет!»

Но вот что интересно – в Библии, которая является основой всего христианского вероучения, нигде не написано, что люди должны приходить к Богу в молитве через каких-либо посредников – ни через святых, ни через священника. Иисус учил нас молиться людей так (Евангелие от Матфея 6 глава):

«Ты же, когда молишься, войди в комнату свою и, затворив дверь, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно. А молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны; не будьте похожи на них, ибо знает Отец ваш, в чем вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него.»

Здесь нет указания обращаться к Богу перед горящей свечой в храме или использовать молитвослов, и молиться надо Богу-Отцу, а не святым людям, которые вроде как «замолвят за нас словечко».

Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас. (Матф.11:27)

Мы должны приходить к Христу, напрямую к Богу в своих молитвах, со своими горестями и радостями, и Он успокоит нас, поможет, даст ответ. Нигде в священном Писании нет указания приходить к Господу через каких-либо посредников, кроме Самого Христа. Упоминая Его имя в молитве перед Богом-Отцом, мы вспоминаем о той великой жертве на кресте, которая позволяет нам обращаться к Богу, которая очищает нас от греха.

«Ибо един Бог, един и посредник между Богом и человеками, человек Христос Иисус.» (1-ое послание Тимофею 2:5)

Три препятствия к обращению к Богу

Нет ничего плохого в том, что служитель помолится за вас – об этом много сказано в Библии, и такие молитвы очень важны. Плохо то, что в таких случаях человек почти никогда не молится сам – не видит смысла, не умеет, боится. Все дело в трех вещах – нашей греховности, неверии и незнании слова Божьего.

Страшно обращаться к святому всемогущему Богу, когда ты осознаешь, что живешь ты неправильно, грешишь и исправляться не собираешься. Лучше священнику деньги дать – в конце концов, это ведь его работа? Но что говорит Библия об этом?

Она утверждает, что все мы действительно грешны, просто по своей человеческой природе, которая досталась нам от ослушавшегося Бога Адама. Нам легче делать зло, чем добро. Нам легче оправдываться, чем измениться. Но Бог хочет, чтобы мы сами обращались к Нему в молитве, обращались как к Отцу.

«Молитесь же так: Отче наш, сущий на небесах! да святится имя Твое …» (Евангелие от Матфея, 6 глава)

Бог хочет быть для нас Отцом, к которому мы можем обращаться в любое время, своими словами, получая покой и радость душе… Но для всех ли Бог является Отцом? Все ли люди могут к Нему обратиться и сказать «папа»? Нет, конечно же, нет.

«А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими.» (Евангелие от Иоанна 1: 12)

Чтобы стать чадом Божьим и обращаться к Нему как к Отцу, чтобы получить Его благодать, спасение и дар вечной жизни нужно сделать всего два шага:

1. Поверить в Него всем сердцем.

2. Принять Его.

Мало только верить!

Библия говорит, что в Бога веруют даже бесы, и даже трепещут, в отличие от многих людей, которые называют себя верующими, но не стесняются открыто грешить… Мало одной веры, нужно принять Бога в свое сердце. Как это сделать? Прежде всего, покаяться во всех своих грехах и исповедать (сказать вслух) о своей вере в жертву Христа. Если вы действительно искренне сделаете это, то ваша жизнь уже не будет прежней. Ваше сердце очистится от греха, и Бог станет вашим Небесным отцом.

Обращайтесь к Нему вслух в простых словах молитвы, которые исходят от сердца, обращайтесь к Нему в своих мыслях, и Он ответит Вам!

«Приходящего ко Мне не изгоню вон».
(Слова Христа, Евангелие от Иоанна 6:37)

Обращение к Богу с просьбами: смысл и значение, мнение священников

Когда мы встречаем близких или просто знакомых нам людей, с которыми какое-то время не виделись, то обычно спрашиваем, как у них дела и как они себя чувствуют. К этому нас побуждает, с одной стороны, элементарная вежливость, а с другой стороны, желание получить краткое представление о том, что является для собеседника важным, — все мы прекрасно знаем, что состояние человека очень сильно зависит от состояния его дел и здоровья. Но слыша в повседневной жизни этот вопрос — «как у вас дела и как вы себя чувствуете?» — я невольно вспоминаю, как приветствовали друг друга насельники Святой Горы Афон и многие другие хрис­тианские подвижники. Встречаясь, они интересовались друг у друга: «Как молитва?».

Наверное, было бы странно, если бы мы сейчас как-то нарочито решили обмениваться такой приветственной фразой. Но вместе с тем для верующих людей в ней заключается наиболее универсальная возможность в нескольких словах что-то узнать друг о друге, потому что состояние нашей молитвы и есть наиболее верный и ёмкий показатель состояния нашей жизни. Это такой замечательный чуткий прибор со многими шкалами, на которых отражается и уровень, и градус уклона, и глубина, и напряжение, и сопротивление в жизни человека. Не бывает молитвы в вакууме — молитвы, на которую не оказывало бы влияние всё то, что мы делаем по отношению к другим людям, что мы делаем со своим сердцем и с самими собой.

Читайте также:
Покаяние в православии: что это такое, истоки и правила, отличия от исповеди, советы священников

Мы часто совершаем ошибку, думая, что наша молитва зависит в первую очередь от того, насколько мы прилежно исполняем утреннее и вечернее правило, насколько продолжительны наши молитвословия. И усердие, и внимание, конечно, важны, но если бы молитва зависела только от этого, не было бы людей, которые годами ходят в храм, годами читают правило, Псалтирь, акафисты, изучают богослужение — и при этом ровным счетом ничего в их молитве не меняется, не происходит движения к Богу. Почему? Потому что молитва — это наша беседа с Богом, и это общение может быть настоящим только тогда, когда с нашей стороны в нем присутствуют стопроцентная честность и искренность. А откуда им взяться, если человек и с самим собой не бывает честным до конца, если он плутает по жизни, в чем-то обманываясь сам, в чем-то обманывая других? Порой человеку кажется: да, в жизни я кого-то могу ввести в заблуждение, но перед Богом никогда не лукавлю. Но дело в том, что обмануть Бога — это отнюдь не только «сообщить» Ему какую-то неправду. Мы пытаемся обмануть Бога в те моменты, когда делаем вид, что забыли, чего Он от нас хочет, чего от нас требует та или иная Его заповедь. Но Господь в каждое мгновение нашей жизни видит то, что мы делаем, и знает то, о чем мы думаем.

Есть такое святоотеческое присловье: «Как живем, так и молимся…», но оно было бы, безусловно, неполным без второй его части: «…как молимся, так и живем». И здесь речь идет опять-таки не о количестве прочитанных акафистов и даже не только о том, уделяем ли мы молитве время и достаточно ли внимательно вникаем в ее слова. Суть в том, что когда наша жизнь питает молитву, когда мы не рассматриваем обращение к Богу как что-то отдельно существующее, происходит и обратный процесс — молитва начинает изменять нашу жизнь.

И это с каждым из нас в той или иной мере происходит, даже если молитвенники мы, скажем так, далекие от совершенства. В принципе, чтобы в этом убедиться, можно провести такой эксперимент: перестать на какое-то недолгое время молиться совсем и понаблюдать за теми изменениями, которые будут с нами происходить. Регулярно молящийся человек уже на первые-вторые сутки с большой вероятностью почувствует, как его сердце остывает, как что-то меняется в его реакциях, как что-то во всей его повседневности начинает идти не так. А еще через некоторое время — до этого этапа, конечно, не нужно доходить — человек теряет ощущение молитвы как таковой, она становится для него чем-то внешним, и вместо памятования о Боге возникает недоумение: зачем вообще уделять молитве столько времени и внимания, зачем вообще она нужна? При этом его жизнь, по сравнению с прежней, идет вразнос, но он этого может уже даже не ощущать. Но если человек всё же опять возвращается к молитвенной жизни, если он просит Бога оживить его душу и постепенно отходит от состояния нечувствия, его жизнь вновь меняется, и он начинает думать: «Да как же я всё это время прожил…». И кажется, что это было сном каким-то, а теперь он наконец вновь очнулся к нормальному бытию.

Вылезти из кустов

Когда-то святитель Епифаний Кипрский, посещая монастыри, им учрежденные, и слушая отчеты наместников о том, как проходит жизнь братии, сказал примерно следующее: «Вы говорите, что молитесь, совершая все положенные богослужения. То есть вы молитесь только в то время, которое положено по уставу? Это огорчительно, потому что это означает, что вы не пребываете в молитве большую часть дня».

В этом утверждении кроется одна из важных причин того, почему нам так трудно бывает сосредоточиться на богослужении, почему нам с таким усилием приходится подвигать себя на молитвенное правило. Когда человек творит молитву только лишь в какое-то положенное время, а в «междумолитвенный» период о ней забывает, в это состояние обращенности к Богу бывает очень трудно возвращаться.

Молитва «прорастает» в жизнь человека тогда, когда он сознательно ею свою жизнь наполняет. Это наполнение начинается с того, что мы стараемся всё сделанное, помышляемое, увиденное проверять словом Божиим и, исходя из этого, делать вывод о правильности или неправильности того, что происходит в этот момент в нашей жизни. Тем, кто когда-либо пытался это делать, наверное, хорошо знакомо труднопреодолимое желание в некоторые моменты как бы скрыться от лица Божия. Каждый раз, когда мы этой слабости поддаемся, мы наносим серьезный удар по нашей молитве. Невозможно после каких-то событий дня, на которые мы не захотели взглянуть с евангельской точки зрения, «вылезти из кустов», подобно Адаму, встать на свое вечернее правило и как ни в чем не бывало пребывать в общении с Богом. А этих моментов, когда кусты впереди маячат, может быть рассеяно по каждому нашему дню десятки. И нам нужно как раз в это время Бога просить о помощи, чтобы Он дал нам решимость, дал нам мужество, дал нам способность самих себя не жалеть.

Нужно сказать, что именно жизненные события, в которых мы — тут же, переживая их в настоящем времени — к Богу обращаемся, становятся для нас самой главной практической школой молитвы. Ведь тогда мы действительно молим Бога, а не просто читаем строки молитв, и порой наше слово, произнесенное в такой ситуации с болью, из тесноты сердца, приобретает совершенно особую силу и особую цену.

В этой реальности своей жизни должно пребывать и во время ежедневной домашней молитвы, и на богослужении. Мы многократно повторяем просьбу о том, чтобы Господь нас спас и помиловал. Но чувствуем ли мы при этом, что действительно погибаем, что это не абстракция, не метафора? Как правило, не всегда. Но чем более осознанно человек живет, чем меньше он пребывает в своих фантазиях, тем чаще и эти, и другие слова оказываются наполнены для него конкретным смыслом и содержанием.

Читайте также:
Святые места России: популярные источники и священные места, описания и истории, рекомендации

Я или не я?

Очень важно бывает, начав день с молитвы, на протяжении всего этого дня не уходить далеко от самих себя. Это, может быть, непросто объяснить в нескольких словах, но многим наверняка знакомо такое ощущение: встаешь вечером на молитву, открываешь молитвослов, начинаешь читать — а в голове неразбериха, в которой потерялся даже ты сам и не можешь себя найти. И тогда, конечно, молитва будет от нашей жизни оторвана, потому что нужно как минимум находиться в чувствовании самого себя, чтобы ощущать, перед Кем ты предстоишь.

Поэтому прежде, чем обратиться к Богу, нужно обратиться к себе. Что это значит? То, что каждый из нас — уникальная личность, которая не исчерпывается именем, характером, родом занятий, обстоятельствами нашей земной жизни, представлением о нас окружающих и тем, что мы думаем о самих себе. Наше «я» — это нечто, что описать словами невозможно. Это то, что по-настоящему знает только Господь и что только Он может нам самим открыть. И когда человек обращается к своему неповторимому «я» и следующим внутренним движением обращается к Богу, начинается процесс взаимодействия.

Почему это осознание себя так важно? Потому что человек, у которого ощущение своего «я» утрачено, способен на безумие. Он как в запое каком-то находится, он что-то творит, и ему самому толком не понятно, где во всем этом он, а где не он. В тяжелых случаях это вопрос медицинский, но важно понимать, что это и духовный процесс, который может для внутренней жизни человека иметь разрушительные последствия. И опять же нельзя сказать, что это не касается хотя бы в какой-то степени очень многих из нас. Мы совершаем какие-то поступки, а потом приходим на исповедь и не можем их никоим образом объяснить. Мы кого-то обидели, кому-то чего-то наговорили, и вот мы рассказываем всё это о себе и понимаем, что это не укладывается в рамки здравого смысла, которым мы обладаем. И это опять же свидетельствует о том, как важно постоянно в себя приходить и хотя бы каждый раз перед тем, как мы встаем на молитву, себе об этой необходимости напоминать.

«Фотография» помыслов

Есть и еще одна причина того, почему так важна постоянная молитвенная обращенность человека к Богу. Что происходит с нами, когда мы забываем в себе к этому памятованию о Боге взывать? То же, что и с окружающими нас людьми, которые даже не знают о том, что можно и нужно молиться в каждое мгновение своей жизни, — наша голова оказывается занята беспрестанными, перетекающими друг в друга размышлениями. И если опять-таки в качестве эксперимента взять тетрадь и попытаться в ней запечатлеть откровенно всё то, о чем мы в течение дня думаем, — результат с точки зрения здравого смысла будет ужасен. На самом деле, очень у немногих на целый день хватит терпения, потому что два-три часа такого записывания за собой дают человеку такую картину, которая побуждает его без промедления начать свои помыслы упорядочивать.

И это упорядочивание, это привязывание своих мыслей, как к некоему колышку, к памятованию о Боге, к стихам из псалмов, к просьбе ко Господу спасти и помиловать нас, к молитве своими словами высвобождает в человеке огромную внутреннюю энергию. Ведь мусор в нашей голове — это не просто некий шлак; это то, что забирает наши интеллектуальные силы, оказывает определенное воздействие на наше сердце, то, что рождает в нас совершенно реальную усталость, которая у современного человека так часто переходит в хроническую. В результате у нас нет сил думать о том, о чем думать действительно нужно, мы истощены напрасными, пустопорожними переживаниями и не находим в себе достаточно сочувствия к ближним.

Безусловно, мы не можем выстроить ход своих мыслей совершенно, не можем сказать себе: «Сейчас я десять минут думаю об этом, потом пятнадцать минут об этом» и так далее. Кроме того, порой и из хаотического движения мыслей складывается что-то такое, что заслуживает внимания. Но всё же нужно различать мысленную «руду», из которой что-то может выплавиться, и мысленную «ерунду», из которой ничего хорошего извлечь решительно невозможно. Когда человек во все отрезки времени, когда его ум относительно свободен, стремится занять его молитвой, этого мусора неким удивительным образом становится всё меньше и меньше, он постепенно отсеивается.

Сеяние на камне

Нужно тянуть ниточку молитвы, чтобы она, по возможности, обвивала, заключала в себе целиком наши сутки. Каким образом это возможно? Это становится возможным тогда, когда христианин не просто начинает день с молитвы и заканчивает его молитвой, а когда он сознательно идет к этому вечернему времени, когда он вновь перед Богом встанет и будет подводить итог прожитому дню: вспоминать все свои поступки, свои дневные просьбы ко Господу, просить о прощении того, что в течение этого дня было не так, и вразумления в том, в чем он не смог разобраться. Тогда у человека будет возможность и в ночной период войти с памятью о Боге и с ощущением предстояния перед своим Творцом. Конечно, во сне мы молиться не будем, но утром, встав и прежде всякого дела обратившись к Богу, ощутим, что эта обращенность в нас никуда и не девалась.

Мы знаем, насколько редко это получается и как легко бывает — в дневной спешке, в вечерней усталости — сбиться с этого пути. Но нужно раз за разом находить, что нашей молитве мешает в нас продолжаться, и разбираться с этим.

Здесь можно вспомнить, например, такое утверждение преподобного Исаака Сирина: молитва злопамятного подобна сеянию на камне. То есть если мы на кого-то обижаемся, сердимся, то уже не сможем помолиться как следует. И хорошо, если человек отдает себе отчет в том, что именно мешает его молитве. А бывает, что у человека столько обид на других, что это уже некий неосознаваемый груз, это уже просто постоянный фон его жизни, и почему его молитва оказывается такой сухой, скудной, он, по большому счету, не может понять.

Читайте также:
Заповеди блаженства: толкование и объяснения, о чем говорится и где изложены

К этому можно добавить, что, как говорил когда-то старец Иероним Эгинский, если ты встаешь на молитву и начинаешь в это время о чем-то, как тебе кажется, очень срочном и важном для себя думать, так что твой ум от молитвы удаляется, то знай: это появились твои враги. Запомни их в лицо, чтобы потом с ними разобраться, и продолжай во что бы то ни стало сосредотачиваться на молитве. Здесь нужно обязательно уточнить, что врагами являются, безусловно, не люди, которые нам во время молитвы вспоминаются, а то, что с этими людьми в нашем сознании связано и чересчур увлекает наше сердце. Это может само по себе не являться злом в нашей жизни, но в данный момент это то, чему мы позволяем встать между собой и Богом. Нужно понять, каким образом это для нас такое значение приобрело и как эту значимость снизить. Здесь можно вспомнить эпизод из жития святого Василия Блаженного, когда тот указал царю Иоанну Грозному на его мысли, в которых царь был не на бого­служении, а на Воробьевых горах — выбирал себе место под строительство дворца. У нас это может быть не дворец, а что-то гораздо менее грандиозное, но здесь должен быть тот же подход. Возможно, в возведении этого условного дворца мы совсем не даем действовать Богу, и нужно найти в себе силы сказать: «Господи, я Тебе это доверяю. Я сам всё, что в моих силах, сделать постараюсь, а Ты избавь меня от попечения об этом и дай мне возможность сейчас думать только лишь о Тебе и во всей моей жизни только к Тебе стремиться». И тогда, по милости Божией, нас это попечение внутренне отпустит, и мы сможем помолиться о наших нуждах духовных.

Но здесь может быть другой момент, который в корне отличается от того, о чем я сказал только что. Бывает, что мы во время молитвы вспоминаем человека, который нам причинил какую-то боль, а возможно, что и мы ему причинили боль тоже. И мы с чем-то другим хотим к Богу обратиться, а у нас всё это стоит перед глазами. В этом случае нужно, наоборот, не пытаться освободиться от этих помыслов, а сделать содержанием своей молитвы молитву об этом человеке. И это соединит нашу молитву с жизнью: если бы наши переживания и душевная мука в этот момент были бы об одном, а молились бы мы о другом, это было бы искусственно, а так наша молитва будет цельной и правдивой. Мне представляется очень важной мысль святых подвижников о том, что всё, касающееся нас в этой жизни, касается и Бога, — и поэтому не надо ничего, что нас тревожит и что касается наших ближних и нашего спасения, мимо Бога проносить. Обо всем нужно молиться и обо всем нужно с Господом говорить.

Правило в трамвае

На этом, наверное, можно было бы и закончить, если бы… Если бы не вопросы, которые можно услышать порой от прихожан после бесед на эти темы. «Батюшка, я со всем согласна, что вы говорите — как нужно сосредоточиться во время правила, как отгонять посторонние помышления. Но на практике я, чтобы собраться, отправить детей в школу, доехать вовремя до работы, встаю в полшестого утра, и для меня единственная возможность прочитать правило — в трамвае…».

Это не редкость. И я не могу сказать прихожанам, которые и так спят по шесть-семь часов в сутки, чтобы они вставали еще на полчаса раньше и успевали помолиться дома. Кто-то молится утром в транспорте, кто-то вечернее правило читает, возвращаясь поздно с работы, потому что понимает, что потом просто от усталости отключится. Но это тоже — жизнь, и наша молитва, как я уже сказал, — часть этой жизни со всеми ее непростыми обстоятельствами. По аналогии можно сказать, что кто-то может позволить себе разно­образную, здоровую пищу, а для кого-то основой рациона становятся дешевые макароны. И точно так же, как у человека, не имеющего денег на что-то большее, не возникает мысли, сварить себе макароны или остаться вообще без пищи, у нас не должно возникать дилеммы, помолиться по дороге на работу или просто констатировать, что исполнять правило по утрам мы не можем. Но при этом так же, как человек, живущий в скудости, стремится при любой возможности насытиться, человеку, имеющему мало возможностей для полноценной уединенной молитвы, должно быть свойственно стремление устраивать себе хотя бы время от времени полноценную духовную трапезу.

Нужно постараться, чтобы в любых обстоятельствах хотя бы какое-то время молитвы перед иконами в нашей жизни присутствовало. Если это не может быть полчаса, значит, это должно быть хотя бы пять-десять минут: можно начать таким образом свое утреннее правило, а продолжить его уже в пути. Так же и вечером: можно прочитать в дороге молитвы до «Владыко Человеколюбче, неужели мне одр сей гроб будет…», а заканчивать свою молитву уже в тишине, когда ничто нас не отвлекает от предстояния перед Богом.

Возможно, в какой-то момент мы скажем Богу всего лишь несколько слов, прося у Него прощения за то, что молимся так, то на ходу, то в полусне, прося Его укрепить нас в жизненных трудностях, — и в этих словах будет сконцентрировано то, что не родилось бы в нас даже за много лет при идеальных условиях для молитвы. И если бы мы всё это время не пытались молиться, несмотря ни на что, то этого опять же не было бы. Ведь на самом деле суть молитвы заключается в покаянном, просительном, благодарственном обращении человека к Богу, происходящем непосредственно из его жизни. А всё остальное — лишь некие внешние вариации.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: