Православие и фильм “Матильда”: отношение церкви и мнение священников, тонкости и нюансы

Заявление РПЦ: «Виноваты оба — Учитель и Поклонская»

Интервью спикера церкви о царебожниках, «Матильде» и влиянии депутата ГД на безумцев

Чем меньше времени до премьеры фильма «Матильда», тем накаленней обстановка: после серии поджогов, инициированных противниками ленты Алексея Учителя, в кинотеатры стали приходить письма с угрозами, за которыми стоят православные секты. Как относится к ним церковь, кто виноват в происходящем, как РПЦ проморгала поджигателя из Екатеринбурга, посещавшего храм — вопросов к церкви много. Встретиться с корреспондентом «URA.RU» и ответить на них Екатеринбургская епархия поручила отцу Петру (Мангилеву) — священнику и историку-религиоведу. Первый вопрос — его отношение к к поджогам.

— Церковь не поддерживает экстремизм, — заявляет отец Петр. — Главный метод церкви — это слово, убеждение. Силовые методы — это не церковные методы воздействия. Это и мое личное мнение, и мнение епархии.

— Почему же те, кто считают себя православными, совершают такое?

— Наша эпоха — эпоха большой религиозной безграмотности. Когда человек решается на экстремистские действия, он должен согласовать это со своей совестью — и он подключает какие-то мотивы, которые не являются религиозными, но он выдает их за таковые, объясняя, что они имеет возможность так поступить. Это не обязательно связано с религией: жестокость и террор в истории нашей страны оправдывались светлыми идеалами. Но евангельское учение принципиально против такого подхода, агрессивное действие — это против Христовой веры.

— Тогда кто виноват?

— Художник, который пытается решать свои художественные задачи, несет ответственность за то, как отзывается его слово. Видя напряженность жизни, давать художественную интерпретацию событий, которая может быть болезненной? Это ведь было не принципиально с точки зрения его художественного замысла!

Вообще, кино как средство донесения сведений об историческом прошлом у нас в стране мало задействовано. За рубежом есть хорошие, качественно снятые фильмы, которые популярно доносят историю своей страны — у нас этого мало или нет. И когда на этом пустом фоне появляется зрелищная, но все-таки во многом ложная картина о прошлом, как к этому относиться? То, что этот фильм не принят какой-то частью общества — это право этих людей.

— Я думал, вы как преподаватель и как человек прогрессивный, наоборот, скажете: «Свободу художнику!», но вы как священник тоже критикуете фильм. Правда, не яростно, как этот делает владыка Тихон Шевкунов (которого называют духовником Путина).

О фильме «Матильда» я знаю только из тех кусков, которые видел, и из того, что я о нем прочитал. Наверное, владыка Тихон видел больше и знает больше. То, что я видел, на меня это какого-то глубокого художественного впечатления не произвело.

— А люди, которые побывали не премьере, выходят со слезами на глазах…

— Если мы представим мелодраму с любовью и мучениями двух лиц — многие будут выходить из кинозала со слезами на глазах. Тем более в сценарии задействованы первые лица государства — естественно, это производит впечатление: люди страдают, у них несчастная любовь. Но вы посмотрите сериалы по первому и второму каналу: «художественные находки» — те же самые. Просто здесь эта «художественная находка» обличена в более дорогое оформление.

— Тогда в чем дело? Фигура царя неприкосновенна? Ведь были ли у него отношения с балериной Кшесинской или нет — точного ответа на этот вопрос у историков нет!

— Тут важно понимать, в какой ситуации этот фильм демонстрируется.

Грядущий год — столетие со дня убийства царской семьи, и переживание тех исторических событий, которое есть сейчас в обществе, несообразно с той подачей, которая есть в фильме.

Может быть, будучи снятым в другое время, он, хоть и не остался бы без критики, но не вызвал бы такого фурора. В этом — ответственность художника, это одна из причин того, что возникло. Когда люди идут на свадьбу, они одеваются одним образом, на похороны — по-другому, нужно понимать момент.

— С этим я соглашусь, но ведь художник не вмешивается в религиозный обряд, он не нарушает чье-то пространство. В обществе существует все. Есть, например, стриптиз, который церковными людьми осуждается, но они ведь туда не ходят! Стриптиз отдельно, верующие отдельно.

— Фильм имеет большее общественное звучание, чем стриптиз. К тому же, если человек вздумает показывать стриптиз на улице, он встретит осуждение, потому что он неподобающим образом себя ведет. Этот фильм пропагандируется, рекламируется, представляется как некое явление, имеющее воздействие на широкий круг людей. Хотя никто не запрещал режиссеру снимать этот фильм — он снят и выйдет в прокат.

— Мало того: я не слышал, чтобы церковь говорила, что запрещает кому-то его смотреть!

— Но церковь свободна в плане высказывания своего отношения. Как художник имеет право выражать свою художественную точку зрения, так и зритель имеет право выражать свое мнение по поводу его произведения. И непонятно, почему считают, что церковь не имеет права голоса?

— Мне кажется, церковь достаточно громко высказала свою позицию. Правда, Наталья Поклонская громче. Ее позиция и позиция церкви совпадают?

— У нас все-таки святейший патриарх Кирилл, а в нашей епархии — митрополит Кирилл выражают мнение церкви. А Поклонская пока не облечена священным саном.

То, что говорит святейший патриарх или митрополит — это позиция церкви, а то, что говорит Поклонская, даже если она православная христианка — это все-таки не позиция церкви, а позиция Поклонской.

Как и то, что говорит любой другой человек. Спросите у любого, выходящего из собора — и вы соберете 300 или 500 разных мнений по поводу этого фильма.

— Но эти люди не провоцируют массовые протесты, как Поклонская, к мнению которой прислушиваются сотни тысяч людей!

— Это ее уровень ответственности. Мне кажется, что режиссер, снимающий этот фильм, провоцирует ровно настолько, насколько лицо, которое его осуждает — та же самая Поклонская.

— Спасибо, что вы сказали «ровно настолько же»: мне казалось, вы всю вину свалите на режиссера!

— Каждый из нас ответственен за то, что он говорит. Он, снимая фильм, провоцирует и возбуждает кого-то, — как и тот, кто выступает против фильма. Человек с неустойчивой психикой может солидаризироваться с этим, находить в этом подкрепление своим мыслям (что мы и видели).

— Можем ли мы адресовать церкви вопрос с упреком: как же вы упустили Дениса Мурашова, который поджег ККТ «Космос» в Екатеринбурге? Ведь он был прихожанином храма в Ирбите…

— Это проблема больного сознания. Да, он был прихожанином, ходил в храм, но болезнь есть болезнь. Как правило, в подобных ситуациях церковь, наоборот, компенсирует эти состояния, снимая остроту. По опыту знаю, что люди внутренне неравновесные, находят в храме какое-то утешение, это позволяет им держаться.

Мы ведь не знаем, как и когда проявилось бы его больное сознание, если бы он не ходил в церковь — может быть, раньше и более жестко. Это важный момент, о котором не помнят. Есть такой анекдот: «Вот бабушки в церковь ходят, а чего же они такие злые? — Если бы они не ходили в церковь, они, может быть, людей в подъезде бы резали».

— Причина в больном сознании конкретного человека? За ним не стоит какая-то организация? (есть его фото в казачьем мундире во время акций на площадях, возле храмов)

— Исходя из того, что я знаю, думаю, что его больное сознание подвигло его на это. Воспользовался ли кто-то его душевной неустойчивостью — сложно судить.

— Просто это произошло после выступлений приверженцев организации «Сорок сороков», а поджоги машин в Москве и вовсе сопровождались записками «За Матильду гореть!», после чего тема радикальных православных течений, называемых царебожниками, вышла на первый план. Вы их как-то отслеживаете? Контактируете с ними?

— Эта работа, наверное, ведется, но это не входит в сферу моих занятий. В целом отношение к подобных явлениям прописано в «Основах социальной концепции» [документ, принятый РПЦ в 2000 году и регламентирующий взаимоотношения церкви и общества]. Как она реализуется в каждом случае, насколько представители тех или иных течений оказываются в поле нашего действия — каждая ситуация особенная. К тому же, есть течения, которые выдают себя за православие, но которые порвали отношения с РПЦ.

— Вы имеете в виду «Царскую православную церковь», «Православных фашистов», «Божью волю» и им подобные организации?

— Да. Они вообще находятся за оградой Русской православной церкви, но называют себя истинными православными. Оно видят в РПЦ и в патриархе Кирилле изменников делу православия из-за того, что он не стоит на тех позициях, на которых стоят они.

Читайте также:
Православие и прививки: отношение церкви и мнение священников, тонкости и нюансы

— Я правильно понимаю, что краеугольный камень их идей: Россия должна быть монархией, а царь — помазанник божий?

— Не совсем. Что значит помазанничество? Царь, принимая престол и будучи помазанным на царство, берет на себя личную ответственность за все происходящее в стране, это — в рамках церковных постулатов. Что касается монархии, то любой может спокойно говорить, что Россия должна быть монархией, и даже предпринимать шаги для реализации этой идеи: можно не призывать к восстанию, но менять страну конституционными методами в рамках демократического процесса: избираться, добиваться референдума и изменения Конституции.

Но по догмам церкви единственный искупитель — это Иисус Христос, сын Божий. А когда святой царь-страстотерпец Николай ставится на место искупителя, здесь совершается тонкая подмена, и истолкование его подвига приобретает уже нецерковный характер. Расхождение между РПЦ и какими-то маргинальными течениями может идти не только по этому пункту. Эти течения есть, их много, эти люди называют себя православными, но они не имеют никакого отношения к Русской православной церкви. А наша религиозная неграмотность не позволяет отличать одно от другого.

— Но и в лоне церкви есть течения радикального толка? В екатеринбургской епархии вспоминается Среднеуральский женский монастырь, наместником которого является отец Сергий — духовник Натальи Поклонской, Павла Дацюка и многих других известных и влиятельных личностей.

— К духовнику приходят разные люди, а к отцу Сергию вообще стоит огромная очередь. И это люди с разными политическими взглядами. Но духовник смотрит на человека не как на представителя той или иной политической партии, а как на человека, которого Господь любит и спасения которого хочет. И первая задача духовника и священника — относиться к любому человеку как к тому, который пришел за спасением. Понятно, что и у духовника могут быть какие-то свои взгляды, в идеале он не должен навязывать их своим духовным чадам. Но и внутри церкви взгляды на те или иные вопросы могут разниться.

— В медиа сейчас есть идея о том, что именно отец Сергий поддерживает Наталью Поклонскую в ее яростном противлении «Матильде». Он и Среднеуральский женский монастырь для вас — радикалы или нет?

— Они находятся в каноническом поле. Чего-то такого, что выходило бы за общие рамки, церковного вероучения, там нет. Это монастырь Русской православной церкви. Он — ее духовник, она, может быть, согласует с ним какие-то шаги, но человек приходит к духовнику не за тем, что он диктовал ему какие-то политические мотивы, а чтобы научиться, как ему жить и действовать для спасения души. Иногда даже некорректно говорить: «Ты — его духовник, чтобы ты его не удержал от того-то?» Человек ведь не вожжами привязан к своему духовному отцу: и родители не всегда способны отвечать за поступки своих детей.

— Подходят сроки выхода фильма на экран, уже идут предпремьерные показы. Можно попросить от вас какую-то рекомендацию как верующим, так и неверующим? Казалось бы, «не жгите!» — это также очевидно, как «не убий», но все же… Ходить на фильм — не ходить? Протестовать или нет?

— Я бы призывал к спокойному отношению. Ходить или не ходить — каждый выбирает сам. Жечь и нападать и вообще как-то жестоко поступать с другими людьми не надо — этому Христос не учил. Если мы видим, что совершается что-то не так… Господь ведь тоже видит и все расставит на свои места. Поживем — увидим.

О Священном Предании

Вопрошающий: Что такое Священное Предание, которое православные почитают наравне со Священным Писанием?

Старец Клеопа: Священное Предание – это учение Церкви, которое было получено от Бога и передавалось живым голосом; часть этого учения впоследствии была записана. Как Священное Писание, так и Священное Предание содержат Божественное Откровение и, следовательно, имеют решающее значение для нашего спасения. Священное Предание есть жизнь Церкви во Святом Духе, оно является источником Божественного Откровения и обладает тем же авторитетом, что и Священное Писание.

От Адама до Авраама прошло 3678 лет, а если добавить 430 лет, во время которых израильтяне оставались в Египте, то мы получим 4108 лет. В этот период не было Священного Писания. На протяжении многих тысячелетий верующие и избранные люди были направляемы на путь спасения только Священным Преданием, а именно – учением о Боге, которое они получили с живого голоса. Только на протяжении 1400 лет – от Моисея до пришествия Христова – они руководствовались Священным Писанием Ветхого Завета.

Но, как и прежде книги Ветхого Завета были написаны людьми, руководимыми в познании Бога только Священным Преданием (полученным с живого голоса, устно), так же было и до написания книг Нового Завета. Священное Предание являлось проводником, с помощью которого ранние христиане направляемы были на путь спасения. Первый, кто донес учение Нового Завета живым голосом до слуха людей, был наш Спаситель Иисус Христос, Который в течение трех с половиной лет постоянно учил людей, распространял Евангелие, ничего, однако, не записывая. Поскольку он выполнял послушание Своему Отцу, Он послал Своих апостолов не для того, чтобы написать, но чтобы проповедовать Евангелие всему миру, сказав им: «Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа, уча их соблюдать все, что Я повелел вам; и се, Я с вами во все дни до скончания мира. Аминь» (Мф. 28: 19–20). Со дня своего основания (33 год по Р.Х.) до 44 года по Р.Х., когда святой апостол Матфей написал первое Евангелие, Церковь управлялась без Писания Нового Завета, а одним Священным Преданием, только часть которого была записана. Было много других писателей, о которых было известно как о верных помощниках апостолов, но именно Церковь была тем, кто признавал или не признавал их творения Священным Писанием, – ибо она не ошибается. Церковь жила евангельской истиной еще до того, как что-либо было зафиксировано в письменной форме, живя Преданием с самого начала.

Итак, Священное Предание – источник и корень двух Заветов: Ветхого и Нового, и поэтому мы называем его источником Божественного Откровения, так как оно имеет тот же вес, что и Священное Писание.

Вопрошающий: Но ведь известно, что Священное Писание, как Слово Божие, не может быть заменено Преданием, которое является словом человеческим, как написано в Евангелии: «Зачем и вы преступаете заповедь Божию ради предания вашего. Вы устранили заповедь Божию преданием вашим. Лицемеры! хорошо пророчествовал о вас Исаия: народ этот устами Меня чтит, сердце же их далеко отстоит от Меня» (Мф. 15: 3, 6–9; Мк. 7: 13). Так что нам нет никакой нужды заменять или добавлять Предание человеческое к закону Божию, который содержится в Священном Писании.

Старец Клеопа: То, что сказали вам ваши друзья, неверно, так как закон Божий содержится не только в Священном Писании. Послушайте, что говорит святой евангелист Иоанн: «Многое и другое сотворил Иисус; но, если бы писать о том подробно, то, думаю, и самому миру не вместить бы написанных книг. Аминь» (Ин. 21: 25). И тот же евангелист заявляет в одном из своих посланий: «Многое имею писать вам, но не хочу на бумаге чернилами; а надеюсь придти к вам и говорить устами к устам, чтобы радость ваша была полна» (2 Ин. 1: 12). Как видите, святой евангелист, когда он имел возможность, учил своих учеников больше живым голосом, чем посланиями. Пока ваши друзья настойчиво продолжают воспринимать только то, что написано, они упускают из виду, что и Сам Спаситель, и большинство Его апостолов не оставили ничего в письменной форме, а учили устно, живым голосом Предания.

Вопрошающий: А как, в таком случае, христианам понимать заповедь не соблазняться лжеучениями, основанными на предании? Ведь апостол пишет: «Остерегайтесь, чтобы кто не увлек вас философиею и пустым обольщением, по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христу» (Кол. 2: 8). Это наша обязанность – оградить себя от ложных учений.

Старец Клеопа: Возлюбленный о Христе, вы не видите разницы между учениями, основанными на человеческом предании, и учениями, которые исходят от апостольского и евангельского Предания. Приведенный вами отрывок относится к человеческому преданию и псевдофилософии, которая не имеет никакого отношения к евангельскому и апостольскому Преданию Церкви Иисуса Христа. Священное Предание не является ни человеческим преданием, ни философией, ни каким-то обманом, но это слово Бога, которое Он передал нам лично. Великий апостол Павел учит и призывает нас держаться силы Предания, говоря: «Итак, братия, стойте и держите предания, которым вы научены или словом или посланием нашим» (2 Фес. 2: 15). Вопреки этим словам некоторые советуют слабым в вере христианам обольщаться и отказываться от апостольского и евангельского Предания, не понимая, что Священное Писание само по себе является плодом Духа Святого, который вырос из корней и ствола Священного Предания.

Читайте также:
Рецепты кухни Рождественский пост: постные блюда и меню на каждый день

Вопрошающий: То, что Священного Писания достаточно для веры и спасения, без какой-либо необходимости в Предании, вытекает из слов апостола Павла к Тимофею: «Притом же ты из детства знаешь Священные Писания, которые могут умудрить тебя во спасение верою во Христа Иисуса. Все Писание богодухновенно и полезно для научения, для обличения, для исправления, для наставления в праведности» (2 Тим. 3: 15–16). Эти слова ясны. Никакое дополнение к Священному Писанию не нужно.

Старец Клеопа: Здесь апостол говорит лишь о Писании Ветхого Завета, так как Новый Завет тогда еще не был написан. Этими словами Павел указывал Тимофею, что хороший учитель может использовать Ветхий Завет для укрепления своей веры во Христа и проповеди христианства. А из вашего ошибочного утверждения следует, что ни одна из книг Нового Завета, которые были написаны после Послания к Тимофею, не должна быть принята. Вернее, что достаточно признать лишь книги Ветхого Завета, упоминаемые в том отрывке, на который вы ссылаетесь.

Вопрошающий: Некоторые люди не признают Предание, объясняя это тем, что с течением времени оно приняло в себя множество чисто человеческих идей, так что сегодня мы уже не в состоянии отличить истинное апостольское Предание от ложного.

Старец Клеопа: Церковь Христова определила истины веры в соответствии с долгой традицией, через догматы и каноны святых Вселенских Соборов, символы веры и исповедания святых отцов, которые были признаны на многих Поместных Соборах, проводившихся с древнейших времен. На этих Соборах истинность святой православной веры была твердо установлена, и, прежде всего, в том, в чем она подвергалась нападению со стороны ересей того времени. Из совокупности этих Соборов видно окончательное и неизменное содержание Священного Предания. Оно может быть определено на основании следующих условий:

  • не признаются учения, которые содержат несоответствия между собой или противоречат апостольскому Преданию и Священному Писанию (учение считается достойным Предания, когда исходит от Спасителя или святых апостолов или получено непосредственно под влиянием Святого Духа);
  • Преданием является то, что имелось в Апостольской Церкви и имеет непрерывную преемственность до сегодняшнего дня;
  • Преданием является то, что признано и практикуется всей Православной Церковью;
  • Преданием является то, что находится в согласии с большинством святых отцов.

Если предание не соответствует этим условиям, оно не может считаться истинным и святым и, следовательно, не может считаться приемлемым или необходимым для соблюдения.

Вопрошающий: Несмотря на все усилия, которые, как вы рассказываете, Православная Церковь сделала и делает для сохранения истинного Предания, некоторые считают, будто нужно верить лишь тому, что содержится в Священном Писании. «Первые христиане, – говорят они, – принимали только сочинения, содержащиеся в Священном Писании, как там и сказано: “Здешние были благомысленнее Фессалоникских: они приняли слово со всем усердием, ежедневно разбирая Писания, точно ли это так” (Деян. 17: 11). Из этого следует, что и мы должны хранить именно то, что описано в Священном Писании».

Старец Клеопа: Тем не менее, великий апостол Павел одобрял христиан Коринфа не за то, что они хранили письменные учения, но за то, что слушали с усердием его устное учение: «Хвалю вас, братия, что вы все мое помните и держите предания так, как я передал вам» (1 Кор. 11: 2). Рассудите, что лучше: держаться только того, что записано, или же следовать словам великого Павла, который восхваляет тех, кто хранит также и неписаные предания? Кроме того, мы знаем, что апостолы и евангелисты учили в проповедях многому из древнего Священного Предания, что не было записано где-либо в Священном Писании.

Вопрошающий: А где именно сказано, что апостолы проповедовали то, что не имелось в Писании?

Старец Клеопа: Вот два свидетельства. Святой апостол Иуда в своем Соборном послании указывает: «Но когда архангел Михаил говорил с диаволом, споря о Моисеевом теле, не смел произнести укоризненного суда, но сказал: “да запретит тебе Господь”» (Иуд. 1: 9). Возлюбленый о Христе, возьмите Священное Писание и попробуйте найти это высказывание. Еще дальше в том же послании апостол ссылается на пророчество Еноха, говоря: «О них пророчествовал и Енох, седьмый от Адама, говоря: “се, идет Господь со тьмами святых ангелов Своих сотворить суд над всеми и обличить всех между ними нечестивых во всех делах, которые произвело их нечестие, и во всех жестоких словах, которые произносили на Него нечестивые грешники”» (Иуд. 1: 14–15). И апостол Иуда не единственный, кто говорил из преданий. Послушайте, что знаменитый Павел говорит в своем 2-м послании к Тимофею: «Как Ианний и Иамврий противились Моисею, так и сии противятся истине, люди, развращенные умом, невежды в вере» (2 Тим. 3: 8). И в другом месте апостол Павел, наставляя священников Ефеса, говорит: «Помните слова Господа нашего Иисуса Христа, как он сказал: “Блаженнее давать, нежели принимать”» (Деян. 20: 35). Теперь я спрошу вас, настаивающего на доверии только тому, что сохранилось в письменном виде: откуда взяли эти два апостола – Иуда и Павел – вышеуказанные слова, потому что вы не найдете их записанными в Священном Писании?

Вопрошающий: И все же я сомневаюсь, что Священное Предание могло сохраниться до наших дней столь же чистым и подлинным во всех отношениях, как в самом начале. Не имеем ли мы больше гарантий сохранности Священного Писания?

Старец Клеопа: Как вы могли видеть, знаменитый Павел хвалит христиан Коринфа за хранение, заботливое и внимательное, неписаных преданий, которые они получили непосредственно из его уст. Кроме того, вы слышали, что апостолы Павел и Иуда использовали в своей проповеди слова из Священного Предания, например пророчества Еноха и другие. Также я указал вам, каким способом Священное Предание сохранялось в веках. Далее, тот же апостол Павел убеждает и наставляет фессалоникийских христиан быть бдительными в хранении Священного Предания: «Итак, братия, стойте и держите предания, которым вы научены или словом или посланием нашим» (2 Фес. 2: 15). И в другом месте он говорит: «Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема» (Гал. 1: 8).

Вопрошающий: Но как Священное Предание сохранилось в Церкви на протяжении тысяч лет? В наше время некоторые утверждают, что изо дня в день духовенство и церковные писатели постепенно искажали истины Священного Писания и апостольского Предания. Говорят, что если вы возьмете книгу, опубликованную 50 лет назад, и ту же самую книгу, опубликованную сегодня, то они не будут иметь ничего общего. Из этого следует, что если иерархи делали это со священными книгами, то они будут делать то же самое и с Преданием, которым православные хвастаются как невредимым со времен апостолов.

Старец Клеопа: То, что ваши товарищи изложили, совсем не верно. Учение Церкви Христовой охраняется Святым Духом и не может ошибаться (см.: Мф. 10: 17–20; Ин. 4: 16–26; 1 Тим. 3: 15). Ее истинный основатель Иисус Христос будет управлять ею невидимым образом до конца времен (см.: Мф. 28: 20). Если какие-то церковные писатели, иерархи, священники и миряне переводили Библию на другой язык или вносили поправки в некоторые отрывки, где некоторые выражения не соответствуют современной разговорной речи, то это были изменения именно строя предложения, а не содержательные изменения библейского текста. Если бы сегодня мы могли воскресить румынского отца Мирчи или Стефана Великого († 1504), и вы захотели бы поговорить с ними, то едва ли поняли бы их, потому что современный язык уже не тот, каким говорили тогда. Именно это произошло в отношении книг. С течением времени в слова и выражения вносились поправки в соответствии с современным языком, не меняя, однако, смысла глубоких и священных писаний. Ранее я называл вам основу, на которой покоится Священное Предание, и какими средствами его сохранность обеспечивается на протяжении веков. Это касается, в частности, древнего символа веры, апостольских постановлений и догматических решений семи Вселенских Соборов. К ним также могут быть добавлены следующие свидетельства, доказывающие сохранность в Церкви апостольского Предания:

  • документы ранней Церкви, написанные свидетелями и преемниками апостолов, среди которых – святой Игнатий Богоносец († 107) и святой Поликарп Смирнский († 156). Эти отцы наставляли верующих своего времени защищать себя от учений еретиков и хранить в полном объеме апостольское Предание (см.: Евсевий Кесарийский. Церковная история. Кн. 2. 36);
  • Гегезипп, как говорит Евсевий, пытался собрать все апостольские предания, и ему это почти удалось; он собрал более пяти книг ценного материала, который изучал Евсевий. К сожалению, с течением времени эти книги были утеряны (Там же. Кн. 4: 8).
  • святые Ириней Лионский († ок. 202) и Климент Александрийский († ок. 215) сообщают нам: «Тот, кто объясняет Писание без помощи Священного Предания, разрывает на куски значение истины» (Строматы. Кн. 7). Кроме того, эти выдающиеся свидетели показывают нам веру апостольских времен и периода, непосредственно следующего за ним, вплоть до IV века. Документы древней Церкви являются важным свидетельством значения Священного Предания и чести, оказываемой ему с тех пор и до сего дня;
  • святитель Епифаний Кипрский († 403) пишет: «Следует держаться Предания, поскольку не все возможно найти в Священном Писании. Святые апостолы передавали некоторые вещи посредством письменного слова, а некоторые – посредством устного»;
  • святитель Иоанн Златоуст († 407) говорит: «Отсюда очевидно, что апостолы не все передали чрез послания, но многое сообщали и через устную речь; между тем и то и другое равно заслуживает доверия. Поэтому мы должны признавать достоверным и церковное Предание. Если есть Предание, то не нужно ничего больше» (Проповедь 4 на 2-е послание к фессалоникийцам, 2);
  • святитель Григорий Нисский († после 394) пишет: «Мы имеем от отцов дошедшее к нам предание как некое наследство, сообщаемое по порядку от апостолов через последующих святых» (Против Евномия. 4: 5);
  • святитель Василий Великий († 379) в своих трудах представляет аналогичные свидетельства. Вот как он выражается: «Из сохраненных в Церкви догматов и проповеданий некоторые мы имеем от письменного наставления, а некоторые прияли от апостольского Предания, по преемству в тайне; и те и другие имеют едину и ту же силу для благочестия. И сему не воспрекословит никто, хотя бы мало сведущий в установлениях церковных» (О Святом Духе. 27). Далее святой Василий объясняет, что мы должны держаться Священного Предания с большим почтением и благочестием, поскольку в Священном Писании мы не найдем всего, что необходимо для нашего спасения. Священное Писание учит нас делать многое, но не говорит как. Например, оно учит нас принимать крещение, но не объясняет, каким образом. Оно учит нас исповедовать грехи, причащаться, венчаться (при вступлении в брак), но нигде не описывается обряд проведения этих таинств. Более того, оно учит нас молиться, но ничего не говорит о том, как, где и когда. Оно заповедует нам творить крестное знамение перед собой, согласно слову псалмопевца: «Знаменася на нас свет лица Твоего, Господи», но не показывает, как это сделать. Какое писание научило нас при молитве обращаться на восток? Где в Священном Писании есть слова призывания Святого Духа для освящения святых даров? Какое Писание учит нас благословлять воду для крещения? Какое место в Писании учит нас тройному отречению от сатаны перед святым крещением? Молитву прославления Святой Троицы – “Слава Отцу и Сыну и Святому Духу” – из какого Писания мы можем узнать?»
Читайте также:
Апологеты: понятие и значение в христианстве, задачи, история, особенности

Предваряя вопросы клеветников на Предание, святой Василий говорит: «Если бы вздумали мы отвергать не изложенные в Писании обычаи как не имеющие большой силы, то неприметным для себя образом исказили бы самое главное в Евангелии, лучше же сказать, обратили бы проповедь в пустое имя».

Итак, вот порядок, которого придерживается Церковь в отношении всего неписаного: все, что имеет апостольское происхождение или получено из опыта святых отцов, обретает силу Предания и власть закона в Церкви Христа (Кормчая. 87: 91). В связи с этим оно должно быть гарантировано важностью и пользой, вытекающей из отношений, существующих между ним и Священным Писанием. Правда, оба остались в единстве и взаимно близких отношениях, основанных на том, что оба составляют Святое Откровение от Бога, являясь для нас его источником. Следовательно, не может существовать внутреннего противоречия между ними двумя или чтобы исключить один из другого. Священное Писание обладает уникальным свидетельством библейского канона, а его догматический характер (Божественное вдохновение) и есть только Священное Предание, а Священное Предание в состоянии доказать подлинность своей истины только вместе со Святым Писанием.

Священное предание: понятие и формы, творения святых отцов, православный взгляд


№ 1(19) 1999

Архимандрит ГЕОРГИЙ (ТЕРТЫШНИКОВ)

СВЯЩЕННОЕ ПРЕДАНИЕ И ТВОРЕНИЯ СВЯТЫХ ОТЦОВ
ПО ТВОРЕНИЯМ СВЯТИТЕЛЯ ФЕОФАНА ЗАТВОРНИКА

После Священного Писания вторым источником христианского вероучения является Священное Предание.
Известно, что в Священном Писании Нового Завета написано далеко не все, что делал и чему учил Иисус Христос. “Не все, Господом заповеданное и апостолами проповеданное, записано, многое без записи прямо введено в дело и составляло устройство Церкви”[1] .
Под Священным Преданием, по словам святителя Феофана Затворника, “разумеется апостольское учение, устно преподанное; или правила и законоположения, в Церкви введенные делом”[2] . Первобытная Церковь вначале утвердилась именно Преданием и руководилась только им; Священное же Писание как свидетельство истины и вечный хранитель веры явилось и было принято Церковью позже.
Апостолы организовали Церковь Христову на всех направлениях ее духовной жизни. Нося в себе свидетельство Духа, они сообщили все новозаветное Откровение и вверили его святой основанной ими во всей вселенной Церкви. Их учение, “изустно и письменно преданное и Церковью содержимое, и есть для нас истинное свидетельство Духа”[3] .
И образ христианского ведения, и правила жизни, и освящающие таинственные священнодействия, и правила для церковных собраний, — все установлено и закреплено самими Апостолами.
Устроенная Апостолами церковно-общинная жизнь приобрела после них силу традиции, силу долженствования. “И пошли христиане так умствовать, так жить, так действовать во взаимных отношениях, так управляться, так освящаться, так Богу служить, как завели апостолы” [4] .
Люди, обращавшиеся в христианство, перенимали правила и законоположения апостольские. “Вновь нарождающееся поколение все образовывалось по тому устроению общества христианского, какое оставили апостолы” [5].
У каждого Апостола было по нескольку ближайших учеников, направляющихся с ними неразлучно и усвоивших от них всю апостольскую премудрость. Эти ближайшие ученики были преемниками Апостолов в управлении Церквами и в сохранении всего, Апостолами переданного. “В церквах Палестинских, в Антиохии, в Тарсе, в Ефесе, в Смирне, в Колоссах, в Филиппах, в Солуни, в Коринфе, в Афинах, в Александрии, в Риме и во всех прочих местах, где были апостолы, после них остались пастырями их ближайшие ученики. Это — мужи апостольские”[6] .
Пастыри и учители после Апостолов являются блюстителями апостольских преданий и учреждений. Мужи апостольские, по примеру и заповеди Апостолов, воспитали при себе таких мужей, которые бы после них могли занять их место, блюсти апостольское учение и поддерживать порядки. Благоустроение христианского общества, дошедшее до наших дней, и есть апостольское Предание, следование которому есть долг всякого, считающего себя членом этого общества.
Многое из проповеданного Апостолами устно и заведенного ими лично вошло потом в писания их преемников, пастырей Церкви, многое осталось и ими незаписанным, а “хранилось в сердцах или практике”[7] , в порядках христианской жизни, и передавалось из рода в род.
Потом все порядки христианские — вероучительные, жизненные и освятительные — вошли в отеческие писания и закрепились в них. Мы чтим отеческие писания прежде всего потому, что в них блюдется апостольское Предание, которое узнается по их общей согласованности.
И к неписанному слову Божию, то есть всему переданному и установленному, христианину “надлежит обращать тоже преданное сердце; веровать сокрытым здесь вещаниям Духа Божия; благочестию покорствовать; узнавать и сообразовываться с тем в чувствах и делах”[8] . “Говорящий, что опирается на свидетельство Духа, — учит преосвященный Феофан, — тогда только говорит это истинно, когда опирается на учение Господа и святых апостолов Церкви, преданное устно и письменно! Другого свидетельства Духа Церковь или верующие не знают и знать не должны”[9] .
Церковное Предание должно быть согласовано со Священным Писанием, иначе неправильное учение может быть также принято за Предание правильное и Божественное. Но и понимание Священного Писания должно быть согласуемо с Преданием, иначе могут возникнуть неправильные мнения и ереси. Что же касается догматов веры, то и здесь христиане должны руководствоваться не только одним Священным Писанием, но церковным Преданием[10].

Читайте также:
Экклезиаст: что такое, толкование и цитаты, смысл

ТВОРЕНИЯ СВЯТЫХ ОТЦОВ

Кроме чтения Священного Писания и следования Священному Преданию святитель Феофан считает необходимым для христианина изучение творений святых Отцов. “Плодоносно — слово Божие, — учит он, — а затем — отеческие писания и жития святых. Впрочем, нужно знать, что жития лучше для начинающих, писания отеческие — для средних, Божие слово — для совершенных”[11] .
Писания святоотеческие имеют в основе своей Евангелие, и потому в них содержится учение о пути к спасению. Всякий, кто возревновал и возжелал исправить свое сердце, найдет в разнообразных писаниях отеческих все, в чем имеет нужду.
Чтение святоотеческих творений есть дело существенной необходимости для совершенствования в духовной жизни. Поэтому оно всегда считалось среди православных подвижников одним из важнейших подвигов, и у истинных христиан была потребность всегда иметь под рукой святоотеческие писания о духовной жизни.
Творения святых Отцов — это кладези, из которых каждый может черпать учение о духовной жизни и находить указания для шествия по пути к спасению. Епископ Феофан советует искать в отеческих книгах вразумлений на все случаи жизни, ибо “в них излагается чистая истина Божия”[12] .
Христианину следует “отверстым сердцем и умом приникать к сим источникам и пить из них небесную премудрость”[13] , запечатлевать богооткровенные истины веры так глубоко, чтобы они составляли существо ума.
Читая святоотеческие наставления, человек должен и практически применять их в своей жизни, ибо это составляет “цель и плод чтения”[14] . В духовной жизни святоотеческие творения являются руководством к познанию богооткровенных истин.
Все подвижники христианской Церкви прошли трудный путь внешнего и внутреннего делания. Многие из них в своих творениях изложили собственные мысли и духовный опыт. Учение святых Отцов святитель Феофан сравнивает с записками путешественников, посетивших многие страны. “Путешественники, — говорит он, — пишут путевые заметки о всем, что встречают достойным внимания на своем пути. Писали свои заметки и избранники Божии, в разных направлениях проследившие все тропы духовной жизни, о всем, что встречали и испытывали в сем многотрудном шествии своем, но участь тех и других заметок неодинакова”[15] .
В святоотеческих творениях можно найти ответ на любой вопрос духовной жизни, но святоотеческое учение раскрывается и усваивается последователем Христа по мере и степени применения в его личной жизни. Люди, не имеющие возможности путешествовать, могут, находясь дома, составить себе понятия и представления о чужих странах посредством чтения заметок других путешественников. Наставления же святых Отцов о духовной жизни “понимать могут только шествующие путем сей жизни. Для не вступивших на него это совершенно неведомая страна. Их понятия и представления уясняются по мере шествия и углубления в страну духа. По мере умножения собственных опытов жизни духовной становятся ясными и понятными указания опытов, замеченных святыми отцами в писаниях своих”[16] .
Знание творений святых Отцов необходимо при толковании слова Божия, нужно оно также и для правильного прохождения христианского подвига. “Сердце сердцу весть подает”, — говорит епископ Феофан, — те, кои давали наставления, давали от души, так как они сложились у них в сердце собственным рассуждением и опытом. Это — отзвук их сердечного настроения. Общий же дух, воодушевлявший их и все расположения их, был дух ревности о спасении себя и всякого человека. Тот же дух отражается в слове их и проникает всякое их писание”[17] .
Читая святоотеческие наставления о спасении, христианин входит в настроение писавших эти наставления и в сочувствие ко всем расположениям, которые “исполняли сердце их”[18] , проникли в их писания и составляют главное почти содержание их.
Для правильного усвоения святоотеческого учения необходимо соблюдать определенные правила. Вначале нужно, обратившись с усердной молитвой к Богу, возбудить в себе потребность знать то, о чем пишут святые Отцы. Творения святых Отцов святитель Феофан советует изучать постоянно и со вниманием, сохраняя при этом благоразумную умеренность. Для чтения духовных книг он советовал выбирать утренние и вечерние часы[19] .
Святоотеческие наставления дают “крепость духу и сердцу”[20] , поэтому при изучения их надо постоянно стремиться к главной цели — запечатлению истин и возбуждению духа.
Читать нужно с той целью, чтобы освещать память о Божественных истинах и напитывать ими душу. Питается же она только тем, что будет воспринято со вниманием, пройдет в сердце и затронет его.
Чтение творений святых Отцов принадлежит к числу способов обновления и оживления молитвы. Иногда некоторые из наставлений святых Отцов производят особое впечатление на человека и вводят его в состояние созерцания; они могут служить духовной пищей на очень долгое время. “Если при чтении и размышлении какая-нибудь мысль исторгнет вас из среды тварей и перенесет пред лице Господа, — наставляет епископ Феофан, — закрывайте книгу и оставайтесь с сею мыслью хоть целый день”[21] .
Слово Божие, творения святых Отцов при благоразумном их усвоении с опытным применением в жизни могут заменить духовного руководителя и наставника. “Для тех, которые вступили на путь к лучшему и совершеннейшему, — пишет святитель Феофан, оно (Слово Божие — а. Г.) дает нужные указания в сомнительных случаях, когда нет наличного опытного руководства и когда и это само встречает неразрешимости, не позволяющие давать окончательного решения, которые устранили бы всякое колебание в шествующем”[22] .
Благоразумное чтение святоотеческих наставлений питает и растит душу христианина. Усердно изучая творения святых Отцов, последователь Христа может приобрести большую практическую и духовную мудрость, стяжать нетленное духовное сокровище. “Вот и собирайте, — наставляет преосвященный Феофан, — как пчелка, медок с цветов. Будущее даст место и случаи приложить все к делу. Запасец не помешает. Есть пословица: береги денежку про черный день. В жизни много расходов. Собирайте же, не утомляясь. Все пригодится”[23] .
Особенно полезными для христианина епископ Феофан считал творения вселенских учителей — святителей Иоанна Златоуста и Василия Великого: “Книжка Василия Великого — самая нужная для нас. Но у него и все другие премудры и высоконазидательны. Вот увидите! У него умозрение преобладает. У святого Иоанна Златоуста более сердечности и убеждения при простоте речи”[24] . Из творений подвижников Древней Церкви особенно ценны творения преподобных Макария Египетского и Исаака Сирина. Вначале епископ Феофан советует познакомиться с творениями святого Макария, которые хотя и составляют “море мудрости духовной”[25] , но представляют собой только преддверие к творениям преподобного Исаака Сирина[26] . Важное значение для духовного совершенствования христианина имеют наставления преподобных Отцов — авторов “Добротолюбия”, аввы Дорофея, Симеона Нового Богослова, Петра Дамаскина, Иоанна Лествичника[27] .
Для духовников и пастырей святитель Феофан считал очень полезными творения преподобных Варсонофия и Иоанна[28] .
Из святых отцов Русской Православной Церкви преосвященный Феофан особенно ценил святителя Тихона Задонского и усиленно рекомендовал его сочинения для руководства в духовной жизни[29] .
Полезными и необходимыми для человека, ищущего спасения, епископ Феофан считал также жития святых угодников Божиих, он советовал читать их после обеда или вечером. По словам Святителя, “жития святых воодушевительны и располагают к подражанию, но — по мере сил. Хорошо однако ж заимствовать от сего себя осуждение и смирение”[30] .
В житиях святых христианин не только находит примеры богоугодной жизни, но и получает богословские и церковно-исторические сведения, необходимые для духовного преуспеяния. Таковы, например, Четии Минеи, в которых содержится “вся почти церковная история”[31] .

[1]Собрание писем святителя Феофана. Вып. пятый. М., 1899. — С. 57.

[2] Собрание писем святителя Феофана. Вып. шестой. М., 1899. — С. 18.

[3] Письма епископа Феофана к “неизвестному” Владыке // Душеполезный собеседник. Сентябрь. 1905. — С. 265.

[4] Собрание писем святителя Феофана. Вып. шестой. — С. 18.

[7] Епископ Феофан . Толкование посланий святого апостола Павла к Филиппийцам и Солунянам. Изд. 2-е. М., 1895. — С. 529.

[8] Епископ Феофан. Начертание христианского нравоучения. М., 1891. — С. 403.

[9] Письма епископа Феофана к “неизвестному” Владыке. — С. 265.

[10] Епископ Феофан . Мысли о разных предметах веры // Душеполезный собеседник. Июль. 1904. — С. 201.

[11] Епископ Феофан. Путь ко спасению. Краткий очерк аскетики. Изд. 7-е. М., 1894. — С. 332.

[12] Епископ Феофан. Слова к Тамбовской пастве. М., 1867. — С. 168.

[13] Епископ Феофан. Начертание христианского нравоучения. — С. 404.

[14] Собрание писем святителя Феофана. Выпуск четвертый. М., 1899. — С. 200.

[15] Собрание писем святителя Феофана. Выпуск седьмой. М., 1900. — С. 4.

[17] Епископ Феофан. Письма о христианской жизни. Изд. 2-е. М., 1908. — С. 116.

Читайте также:
Обучение церковному пению: популярные школы и курсы, особенности и правила учебы, роль и значения пения в православии

[19] Собрание писем святителя Феофана. Выпуск пятый. — С. 81.

[20] Собрание писем святителя Феофана. Выпуск восьмой. М., 1901. — С. 152.

[21] Собрание писем святителя Феофана. Выпуск третий. М., 1898. — С. 173.

[22] Собрание писем святителя Феофана. Выпуск седьмой. — С. 5.

[23] Епископ Феофан . Письма о христианской жизни. — С. 67.

[24] Собрание писем святителя Феофана. Выпуск четвертый. — С. 124.

[26] Епископ Феофан . Письма о христианской жизни. — С. 102.

[27] Собрание писем святителя Феофана. Выпуск четвертый. — С. 181.

[28] Собрание писем святителя Феофана. Выпуск восьмой. — С. 200.

[29] Епископ Феофан . Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться? Изд. 6-е, М.,1914. — С. 123.

[30] Собрание писем святителя Феофана. Выпуск первый. — С. 250.

[31] Епископ Феофан . Письма о христианской жизни. — С. 81.

© Подготовка текста. “Альфа и Омега”, 1999

Святоотеческие предания

Священное Предание — учения апостолов, святых отцов, постановления Вселенских соборов, переданное в устном, письменном виде и утвержденное делами Церкви, для сохранения и распространения откровений Бога.

Источник веры в православии

Авторитет Священного Писания освящает Предания, о них не единожды говорится в Библии, в частности, в Новом Завете апостол Павел в своем обращении:

  • к жителям Фессалоники говорил о предании, полученным через Слово (2Фес.2:15);
  • в Коринфе он хвалил христиан за то, что они верны посланиям, переданным через последователя Христа (1Кор. 11:2);
  • Тимофею дал наставление, сохранить услышанное (1 Тим.6:20)

Христианское вероучение черпает знания из двух источников — Священного Писания и Священного Откровения, переданного их прошлого.

Священное Писание не могло вместить все то, чему учил Иисус, описать все Христовы действия и слова. Церковь первоначально появилась на основе старозаветных Преданий, Писание стало хранителем веры и истины. Духовная жизнь Церкви организована апостолами. Они Духом Святым передали Святой Церкви откровения и письма в устном и письменном виде о ведении христианского способа жизни, ее правилах, таинственных священнодействиях.

Апостолы через своих учеников, пастырей новых церквей, передавали откровения, в которых хранится православная премудрость. Ко всем посланиям, переданным апостолами в устном и письменном виде, современным христианам следует обращаться с преданным сердцем, верой в сокрытые Духом Святым таинства.

Читайте о святых апостолах:

В чем внутренний смысл духовной преемственности

Внешне христианский мир менялся в силу исторических событий, но при этом никогда не прерывалась внутренняя преемственность православия. Из века в век православные верующие пронесли некую духовность древности, сохранив некую неизменность. Так, при Таинстве Крещения человек трижды окунается в воду, новорожденных приносят в храмы, диакона во время богослужения провозглашают; «Двери! Двери», в память того времени, когда семейная служба была открыта только для христиан.

Неизменным во все века остается Символ веры. Православная Церковь сохраняет учения Господне, оставаясь верной вере, дарованной нам Спасителем, памятуя о благодати Христа.

В послании Иоанна Дамаскина говорится о неизменности границ православия и хранении откровений, верований, обычаев.

Под христианскими преданиями, передаваемыми через апостолов, подразумеваются библейские писания, символы веры, святые образа, соблюдение канонов и письма святых. Христиане хранят святоотеческие богатства, видя в этом долг перед будущими поколениями. Исследуя наследие из прошлого, можно заметить, что нет равноценности между теми или посланиями.

Важно! Символ веры и Библия остаются ценнейшим посланием с момента их появления, каждая буква в них остается неизменной без права пересмотра или отмены, ни одно послание Святых Отцов несоизмеримо с Евангелиями.

Иисус назвал себя истиной, но не традициями и обрядами. Нет никакого единства между традициями и посланиями, это следует учитывать, говоря о прошлом. Для христиан 21 века важно хранить православное наследие, разделяя Священное предание и обряды.

Староверы строят свою веру на крайнем консерватизме, не допуская никаких отступлений в обрядах, современные православные могут идти на компромиссы, подрывающие авторитет истинного учения, хранимого с древности.

Сегодняшнее православие на основе контактов с западными церквями может оценить необходимость собственного наследия. В верности преданиям главное видеть не процесс автоматизма или механического повторения, а передачу заимствованной из прошлого мудрости.

Мыслители современного православия должны обладать умением разглядеть внутреннюю сущность переданного церковного послания, чтобы ощутить его христианский дух так, заново открыть для себя смысл христианства.

Истинное предание рождается из личной встречи со Спасителем и Духом Святым, оно не просто оберегается православием, это существование Духа Святого в настоящем времени.

Доктринальные формулировки Вселенских соборов и поныне имеют силу, но возможен новый Собор, который обогатит преданиями новыми обозначениями веры.

По мнению Георгия Флоровского, предания живы свидетельством Святого Духа в непрерывном проповедовании Истины, которая есть Иисус Христос. Правильно понять послания из прошлого могут только воцерковленные верующие, живущие в присутствии Божьей благодати. Богатство прошлого имеет ценность не в памятовании буквы, а в верности Святому Духу для роста и возрождения Церкви и православных верующих.

В Евангелии от Иоанна сказано, что только Духом истины можно познать истину. (Иоан.16:13), высказывание можно считать основой христианской верности посланиям с прошлого.

Выражение предания во внешних формах

К Священному Преданию по внешним формам относят:

  • Библию;
  • Символ Веры;
  • Семь Вселенских соборов;
  • поздние Соборы;
  • послания Святых Отцов.

Библия

Православная церковь основана на Святом Писании, которое никаким образом нельзя отделить от Священных Откровений. В Библии описан весь путь от сотворения мира, рождения народа Божьего, прихода Миссии на землю и начало первоапостольских церквей. Библию нельзя рассматривать отдельно от Церкви, так и Церковь не может существовать без Святого Писания.

Новый Завет неизменен для всего мира, а вот ветхозаветные тексты православие принимает соответственно греческому переводу в Септуагинте. Есть некоторые различие в еврейском и греческих переводах, но православие уверено, что текст в Септуагинте написаны под руководством Духа Святого.

Читайте о Библии:

В еврейской версии Старого Завета находится 39 книг, а Септуагинта признает еще десять, известные в православии, как второзаконические. Настоящее христианство базируется на добросовестном исследовании посланий, в православии нет запрета на критическое отношение к тем или иным историческим событиям, описанным в Священных Посланиях.

Невозможно преуменьшить значение Библии в проведении богослужений. Книга «Псалтырь» озвучивается каждый день, при утреннем и вечернем чтении 151 псалом прочитывается за семь дней. Евангелие является кульминационным моментом во время утрени, по воскресеньям, праздникам. В течение года на богослужениях прочитываются все тексты Нового Завета, не включая «Откровение».

Богослужения постоянно оглашаются пением ветхозаветных песнопений, молитва «Отче наш» звучит в храмах во время церковных служб. Литургические тексты написаны на основе цитат из Старого и Нового Завета.

Важно! Для православия Библия является словесной иконой Иисуса Христа. По постановлению Седьмого Вселенского собора святые образа и Евангелия должны быть равнопочитаемы.

Символ веры

Непререкаемый авторитет для православных — символ веры, установленный Семью Вселенскими соборами.

  1. Верую в единого Бога Отца, Вседержителя, Творца неба и земли, всего видимого и невидимого.
  2. И в единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия, Единородного, рожденного от Отца прежде всех веков: Света от Света, Бога истинного от Бога истинного, рожденного, не сотворенного, одного существа с Отцом, Им же все сотворено.
  3. Ради нас людей и ради нашего спасения сошедшего с небес и принявшего плоть от Духа Святого и Марии Девы, и ставшего человеком.
  4. Распятого же за нас при Понтийском Пилате, и страдавшего, и погребенного.
  5. И воскресшего в третий день, согласно Писанию.
  6. И восшедшего на небеса, и сидящего по правую сторону Отца.
  7. И снова грядущего со славою, чтобы судить живых и мертвых, Его же Царству не будет конца.
  8. И в Духа Святого, Господа, дающего жизнь, от Отца исходящего, с Отцом и Сыном сопоклоняемого и прославляемого, говорившего через пророков.
  9. В единую, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь.
  10. Признаю одно крещение для прощения грехов.
  11. Ожидаю воскресения мертвых.
  12. И жизни будущего века. Аминь (истинно так).

Ни одна Евхаристия полунощница или повечерня не совершается без пения Символа веры, задача которого лежит в утверждении апостольской веры. В православии почитаются как Апостольский, так и Афанасиевы символы, но они не используются в богослужениях.

Все формулирования вероучений в православии принимаются на соборах, после Никейского собора 787 года на уровне поместных объединений патриархов и писем отдельных епископов Церковь могла вводить новые определения. При этом акты Вселенского собора не подлежат пересмотру, они принимаются целиком, без всяких поправок.

Предания святых Отцов Церкви

Во избежание ереси и неправильных мнений следует сопоставлять Священное Писание с Церковным Преданием.

Читайте также:
Православие и тату: отношение церкви и мнение священников, тонкости и нюансы, ответы на частые и популярные вопросы

В начале новой эры появились Апостольские письма, которые описывали священные таинства, они хранились втайне от нехристианского мира. Крещение, Евхаристия совершалась тайно, обрядовые действия никто не записывал, порядок действия передавался устно.

По рекомендации святителя Феофана христианам необходимо изучать творения Отцов Церкви. Начинающие верующие могут черпать знания и силу веры в житии святых, а совершенным христианам уже под силу и Священное Писание.

Святое Евангелие лежит в основе святоотеческих посланий, в которых описывается дорога к принятию спасения. Каждый верующий, в сердце которого горит огонь познания и желания внутренних изменений, найдет наставления в посланиях Отцов Церкви.

Совет! Для совершенствования собственной духовной жизни верующим необходимо изучать подвиги подвижников православия. В творениях праведников находятся кладези учений о спасении, послания из глубины веков следует не только читать, но и применять в современной христианской жизни.

При цитировании святых отцов следует просить у Бога мудрости не просто произносить слова, а пропитаться святоотеческим образом мыслей, чтобы в праведниках прошлых лет видеть прообраз современного христианина.

Автора четвертого века, известные как три святителя в лице Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста, пользуются особым уважением в православии. При этом в православии нет определение статуса святых посланников или таблицы степени их значимости.

Наряду с Иоанном Дамаскиным, Григорием Паламой, Марком Эфесским в современном христианском мире могут рождаться новые отцы, ведь Дух Святой и поныне живет в Православной Церкви, передавая потомкам апостольские предания.

Передача Священного Предания неразрывна с Литургиями, канонами и святыми иконами.

В чем необходимость Священного Предания

Свидетельства, черпаемые в святых посланиях, необходимы не только для укрепления христианской веры, но для того, чтобы:

  • правильно понимать Святое Писание;
  • противостоять еретическим толкованиям;
  • устанавливать догматы православия на основе истины и подтверждения апостольскими преданиями;
  • укоренить и укрепить церковный строй с канонами богослужений и их обрядами.

Благодаря Святоотеческим Преданиям мы можем раскрывать вопросы духовной жизни на основе учений последователей Иисуса и применять их в собственной жизни.

По совету святителя Феофана изучать святоотеческие учения и послания следует, входя в молитвенное состояние, постепенно познавая духовные книги с соблюдением благоразумной умеренности под руководством духовного наставника.

Священное Предание и творения святых Отцов

Священное Предание

После Священного Писания вторым источником христианского вероучения является Священное Предание.

Известно, что в Священном Писании Нового Завета написано далеко не все, что делал и чему учил Иисус Христос. “Не все, Господом заповеданное и апостолами проповеданное, записано, многое без записи прямо введено в дело и составляло устройство Церкви” 1 .

Под Священным Преданием, по словам святителя Феофана Затворника, “разумеется апостольское учение, устно преподанное; или правила и законоположения, в Церкви введенные делом” 2 . Первобытная Церковь вначале утвердилась именно Преданием и руководилась только им; Священное же Писание как свидетельство истины и вечный хранитель веры явилось и было принято Церковью позже.

Апостолы организовали Церковь Христову на всех направлениях ее духовной жизни. Нося в себе свидетельство Духа, они сообщили все новозаветное Откровение и вверили его святой основанной ими во всей вселенной Церкви. Их учение, “изуст­но и письменно преданное и Церковью содержимое, и есть для нас истинное свидетельство Духа” 3 .

И образ христианского ведения, и правила жизни, и освящающие таинственные священнодействия, и правила для церковных собраний, — все установлено и закреплено самими Апостолами.

Устроенная Апостолами церковно-общинная жизнь приобрела после них силу традиции, силу долженствования. “И пошли христиане так умствовать, так жить, так действовать во взаимных отношениях, так управляться, так освящаться, так Богу служить, как завели апостолы” 4 .

Люди, обращавшиеся в христианство, перенимали правила и законоположения апостольские. “Вновь нарождающееся поколение все образовывалось по тому устроению общества христианского, какое оставили апостолы” 5 .

У каждого Апостола было по нескольку ближайших учеников, направляющихся с ними неразлучно и усвоивших от них всю апостольскую премудрость. Эти ближайшие ученики были преемниками Апостолов в управлении Церквами и в сохранении всего, Апостолами переданного. “В церквах Палестинских, в Антиохии, в Тарсе, в Ефесе, в Смирне, в Колоссах, в Филиппах, в Солуни, в Коринфе, в Афинах, в Александрии, в Риме и во всех прочих местах, где были апостолы, после них остались пастырями их ближайшие ученики. Это — мужи апостольские” 6 .

Пастыри и учители после Апостолов являются блюстителями апостольских преданий и учреждений. Мужи апостольские, по примеру и заповеди Апостолов, воспитали при себе таких мужей, которые бы после них могли занять их место, блюсти апостольское учение и поддерживать порядки. Благоустроение христианского общества, дошедшее до наших дней, и есть апостольское Предание, следование которому есть долг всякого, считающего себя членом этого общества.

Многое из проповеданного Апостолами устно и заведенного ими лично вошло потом в писания их преемников, пастырей Церкви, многое осталось и ими незаписанным, а “хранилось в сердцах или практике” 7 , в порядках христианской жизни, и передавалось из рода в род.

Потом все порядки христианские — вероучительные, жизненные и освятительные — вошли в отеческие писания и закрепились в них. Мы чтим отеческие писания прежде всего потому, что в них блюдется апостольское Предание, которое узнается по их общей согласованности.

И к неписанному слову Божию, то есть всему переданному и установленному, христианину “надлежит обращать тоже преданное сердце; веровать сокрытым здесь вещаниям Духа Божия; благочестию покорствовать; узнавать и сообразовываться с тем в чувствах и делах” 8 . “Говорящий, что опирается на свидетельство Духа, — учит преосвященный Феофан, — тогда только говорит это истинно, когда опирается на учение Господа и святых апостолов Церкви, преданное устно и письменно! Другого свидетельства Духа Церковь или верующие не знают и знать не должны” 9 .

Церковное Предание должно быть согласовано со Священным Писанием, иначе неправильное учение может быть также принято за Предание правильное и Божественное. Но и понимание Священного Писания должно быть согласуемо с Преданием, иначе могут возникнуть неправильные мнения и ереси. Что же касается догматов веры, то и здесь христиане должны руководствоваться не только одним Священным Писанием, но церковным Преданием 10 .

Творения святых Отцов

Кроме чтения Священного Писания и следования Священному Преданию святитель Феофан считает необходимым для христианина изучение творений святых Отцов. “Плодоносно — слово Божие, — учит он, — а затем — отеческие писания и жития святых. Впрочем, нужно знать, что жития лучше для начинающих, писания отеческие — для средних, Божие слово — для совершенных” 11 .

Писания святоотеческие имеют в основе своей Евангелие, и потому в них содержится учение о пути к спасению. Всякий, кто возревновал и возжелал исправить свое сердце, найдет в разнообразных писаниях отеческих все, в чем имеет нужду.

Чтение святоотеческих творений есть дело существенной необходимости для совершенствования в духовной жизни. Поэтому оно всегда считалось среди православных подвижников одним из важнейших подвигов, и у истинных христиан была потребность всегда иметь под рукой святоотеческие писания о духовной жизни.

Творения святых Отцов — это кладези, из которых каждый может черпать учение о духовной жизни и находить указания для шествия по пути к спасению. Епископ Феофан советует искать в отеческих книгах вразумлений на все случаи жизни, ибо “в них излагается чистая истина Божия” 12 .

Христианину следует “отверстым сердцем и умом приникать к сим источникам и пить из них небесную премудрость” 13 , запечатлевать богооткровенные истины веры так глубоко, чтобы они составляли существо ума.

Читая святоотеческие наставления, человек должен и практически применять их в своей жизни, ибо это составляет “цель и плод чтения” 14 . В духовной жизни святоотеческие творения являются руководством к познанию богооткровенных истин.

Все подвижники христианской Церкви прошли трудный путь внешнего и внутреннего делания. Многие из них в своих творениях изложили собственные мысли и духовный опыт. Учение святых Отцов святитель Феофан сравнивает с записками путешественников, посетивших многие страны. “Путешественники, — говорит он, — пишут путевые заметки о всем, что встречают достойным внимания на своем пути. Писали свои заметки и избранники Божии, в разных направлениях проследившие все тропы духовной жизни, о всем, что встречали и испытывали в сем многотрудном шествии своем, но участь тех и других заметок неодинакова” 15 .

В святоотеческих творениях можно найти ответ на любой вопрос духовной жизни, но святоотеческое учение раскрывается и усваивается последователем Христа по мере и степени применения в его личной жизни. Люди, не имеющие возможности путешествовать, могут, находясь дома, составить себе понятия и представления о чужих странах посредством чтения заметок других путешественников. Наставления же святых Отцов о духовной жизни “понимать могут только шествующие путем сей жизни. Для не вступивших на него это совершенно неведомая страна. Их понятия и представления уясняются по мере шествия и углубления в страну духа. По мере умножения собственных опытов жизни духовной становятся ясными и понятными указания опытов, замеченных святыми отцами в писаниях своих” 16 .

Читайте также:
Православный патриарх - кто такой, роль в России, имена Руси и РПЦ, особенности служения и сана

Знание творений святых Отцов необходимо при толковании слова Божия, нужно оно также и для правильного прохождения христианского подвига. “Сердце сердцу весть подает”, — говорит епископ Феофан, — те, кои давали наставления, давали от души, так как они сложились у них в сердце собственным рассуждением и опытом. Это — отзвук их сердечного настроения. Общий же дух, воодушевлявший их и все расположения их, был дух ревности о спасении себя и всякого человека. Тот же дух отражается в слове их и проникает всякое их писание” 17 .

Читая святоотеческие наставления о спасении, христианин входит в настроение писавших эти наставления и в сочувствие ко всем расположениям, которые “исполняли сердце их” 18 , проникли в их писания и составляют главное почти содержание их.

Для правильного усвоения святоотеческого учения необходимо соблюдать определенные правила. Вначале нужно, обратившись с усердной молитвой к Богу, возбудить в себе потребность знать то, о чем пишут святые Отцы. Творения святых Отцов святитель Феофан советует изучать постоянно и со вниманием, сохраняя при этом благоразумную умеренность. Для чтения духовных книг он советовал выбирать утренние и вечерние часы 19 .

Святоотеческие наставления дают “крепость духу и сердцу” 20 , поэтому при изучения их надо постоянно стремиться к главной цели — запечатлению истин и возбуждению духа.

Читать нужно с той целью, чтобы освещать память о Божественных истинах и напитывать ими душу. Питается же она только тем, что будет воспринято со вниманием, пройдет в сердце и затронет его.

Чтение творений святых Отцов принадлежит к числу способов обновления и оживления молитвы. Иногда некоторые из наставлений святых Отцов производят особое впечатление на человека и вводят его в состояние созерцания; они могут служить духовной пищей на очень долгое время. “Если при чтении и размышлении какая-нибудь мысль исторгнет вас из среды тварей и перенесет пред лице Господа, — наставляет епископ Феофан, — закрывайте книгу и оставайтесь с сею мыслью хоть целый день” 21 .

Слово Божие, творения святых Отцов при благоразумном их усвоении с опытным применением в жизни могут заменить духовного руководителя и наставника. “Для тех, которые вступили на путь к лучшему и совершеннейшему, — пишет святитель Феофан, оно (Слово Божие — а. Г.) дает нужные указания в сомнительных случаях, когда нет наличного опытного руководства и когда и это само встречает неразрешимости, не позволяющие давать окончательного решения, которые устранили бы всякое колебание в шествующем” 22 .

Благоразумное чтение святоотеческих наставлений питает и растит душу христианина. Усердно изучая творения святых Отцов, последователь Христа может приобрести большую практическую и духовную мудрость, стяжать нетленное духовное сокровище. “Вот и собирайте, — наставляет преосвященный Феофан, — как пчелка, медок с цветов. Будущее даст место и случаи приложить все к делу. Запасец не помешает. Есть пословица: береги денежку про черный день. В жизни много расходов. Собирайте же, не утомляясь. Все пригодится” 23 .

Особенно полезными для христианина епископ Феофан считал творения вселенских учителей — святителей Иоанна Златоуста и Василия Великого: “Книжка Василия Великого — самая нужная для нас. Но у него и все другие премудры и высоконазидательны. Вот увидите! У него умозрение преобладает. У святого Иоанна Златоуста более сердечности и убеждения при простоте речи” 24 . Из творений подвижников Древней Церкви особенно ценны творения преподобных Макария Египетского и Исаака Сирина. Вначале епископ Феофан советует познакомиться с творениями святого Макария, которые хотя и составляют “море мудрости духовной” 25 , но представляют собой только преддверие к творениям преподобного Исаака Сирина 26 . Важное значение для духовного совершенствования христианина имеют наставления преподобных Отцов — авторов “Добротолюбия”, аввы Дорофея, Симеона Нового Богослова, Петра Дамаскина, Иоанна Лествичника 27 .

Для духовников и пастырей святитель Феофан считал очень полезными творения преподобных Варсонофия и Иоанна 28 .

Из святых отцов Русской Православной Церкви преосвященный Феофан особенно ценил святителя Тихона Задонского и усиленно рекомендовал его сочинения для руководства в духовной жизни 29 .

Полезными и необходимыми для человека, ищущего спасения, епископ Феофан считал также жития святых угодников Божиих, он советовал читать их после обеда или вечером. По словам Святителя, “жития святых воодушевительны и располагают к подражанию, но — по мере сил. Хорошо однако ж заимствовать от сего себя осуждение и смирение” 30 .

В житиях святых христианин не только находит примеры богоугодной жизни, но и получает богословские и церковно-исторические сведения, необходимые для духовного преуспеяния. Таковы, например, Четии Минеи, в которых содержится “вся почти церковная история” 31 .

  1. Собрание писем святителя Феофана. Вып. пятый. М., 1899. — С. 57. ↩
  2. Собрание писем святителя Феофана. Вып. шестой. М., 1899. — С. 18. ↩
  3. Письма епископа Феофана к “неизвестному” Владыке // Душеполезный собеседник. Сентябрь. 1905. — С. 265. © Подготовка текста. “Альфа и Омега”, 1999 ↩
  4. Собрание писем святителя Феофана. Вып. шестой. — С. 18. ↩
  5. Там же. ↩
  6. Там же. — С. 95. ↩
  7. Епископ Феофан. Толкование посланий святого апостола Павла к Филиппийцам и Солунянам. Изд. 2-е. М., 1895. — С. 529. ↩
  8. Епископ Феофан. Начертание христианского нравоучения. М., 1891. — С. 403. ↩
  9. Письма епископа Феофана к “неизвестному” Владыке. — С. 265. ↩
  10. Епископ Феофан. Мысли о разных предметах веры // Душеполезный собеседник. Июль. 1904. — С. 201. ↩
  11. Епископ Феофан. Путь ко спасению. Краткий очерк аскетики. Изд. 7-е. М., 1894. — С. 332. ↩
  12. Епископ Феофан. Слова к Тамбовской пастве. М., 1867. — С. 168. ↩
  13. Епископ Феофан. Начертание христианского нравоучения. — С. 404. ↩
  14. Собрание писем святителя Феофана. Выпуск четвертый. М., 1899. — С. 200. ↩
  15. Собрание писем святителя Феофана. Выпуск седьмой. М., 1900. — С. 4. ↩
  16. Там же. — С. 5. ↩
  17. Епископ Феофан. Письма о христианской жизни. Изд. 2-е. М., 1908. — С. 116. ↩
  18. Там же. ↩
  19. Собрание писем святителя Феофана. Выпуск пятый. — С. 81. ↩
  20. Собрание писем святителя Феофана. Выпуск восьмой. М., 1901. — С. 152. ↩
  21. Собрание писем святителя Феофана. Выпуск третий. М., 1898. — С. 173. ↩
  22. Собрание писем святителя Феофана. Выпуск седьмой. — С. 5. ↩
  23. Епископ Феофан. Письма о христианской жизни. — С. 67. ↩
  24. Собрание писем святителя Феофана. Выпуск четвертый. — С. 124. ↩
  25. Там же. — С. 147. ↩
  26. Епископ Феофан. Письма о христианской жизни. — С. 102. ↩
  27. Собрание писем святителя Феофана. Выпуск четвертый. — С. 181. ↩
  28. Собрание писем святителя Феофана. Выпуск восьмой. — С. 200. ↩
  29. Епископ Феофан. Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться? Изд. 6-е, М.,1914. — С. 123. ↩
  30. Собрание писем святителя Феофана. Выпуск первый. — С. 250. ↩
  31. Епископ Феофан. Письма о христианской жизни. — С. 81. ↩

Зачем православным святые отцы? Неужели Библии им мало?

Приблизительное время чтения: 8 мин.

Этот вопрос православным христианам приходится слышать нередко. На самом деле он затрагивает куда более глубокую проблему, а именно — проблему Священного Предания, частью которого являются и труды святых отцов. О том, что такое Предание, и почему, как считает Церковь, без него Библию понять не получится, в новом материале «Фомы».

Достаточно ли одной Библии?

Вопрос о соотношении Священного Писания и Предания — камень преткновения в многовековых спорах православных христиан с протестантами. Последние уже в XVI веке провозгласили знаменитый тезис: Sola scriptura (лат. только Писание), утверждая, что для полноценной христианской жизни достаточно одного текста Библии. В нем, говорят они, содержится ровно столько, сколько нужно для спасения человека, а Предание — это какое-то позднее, выдуманное и совершенно лишнее нагромождение, от которого необходимо избавиться.

Православные же богословы с таким подходом категорически не согласны.

Церковь учит, что Священное Предание — это древнейшая форма передачи Божественного Откровения.

Предание существовало до Священного Писания; оно первично по отношению к тексту Откровения. Понять это не так уж сложно, ведь даже в обыденной жизни мы сначала проживаем нечто опытно, а уже затем, при необходимости, этот опыт фиксируем в тексте. Кроме того, о первичности Предания по отношению к Писанию свидетельствует и сам библейский текст.

Читайте также:
Воскресение мертвых: что значит и зачем нужно в православии, мнение пророков и святых

Так, из той же книги Бытия мы узнаем, что Бог непосредственно общался с Адамом, Авраамом, Исааком, Иаковом, Моисеем. Мы видим, что Авель знает, как приносить жертву Богу от первородных стада своего и от тука их (Быт 4:4). Ной знает какие животные «чистые», а какие «нечистые» (Быт 7:8). Авраам знает, что такое десятина, когда дает ее Мелхиседеку, царю Салима (Быт 14:20). И, заметим, никто из них не читал Писание, которое тогда, очевидно, еще и записано не было.

На протяжении многих веков ветхозаветные праведники жили без сакрального текста Писания, так же как, впрочем, и ранние христиане долго обходились без текста Нового Завета, сообразуя свою духовную и повседневную жизнь с устным Преданием Церкви.

Таким образом, можно сказать, что Писание — это записанная часть Предания, и именно поэтому они не существуют друг без друга.

Сами апостолы неоднократно призывали верующих держаться Предания: Хвалю вас, братия, что вы все мое помните и держите предания так, как я передал вам (1 Кор 11:2); Итак, братия, стойте и держите предания, которым вы научены или словом или посланием нашим (2 Фес 2:15); Завещеваем же вам, братия, именем Господа нашего Иисуса Христа, удаляться от всякого брата, поступающего бесчинно, а не по преданию, которое приняли от нас (2 Фес 3:6).

Более того, само появление зафиксированного в тексте Божественного Откровения, по мысли святителя Иоанна Златоуста, было связано с нарастающим падением человеческих нравов, с духовной «глухотой», которая все больше распространялась среди людей:

«По-настоящему, нам не следовало бы иметь и нужды в помощи Писаний, а надлежало бы вести жизнь столь чистую, чтобы вместо книг служила благодать Духа, и чтобы, как те исписаны чернилами, так и наши сердца были исписаны Духом. Но так как мы отвергли такую благодать, то воспользуемся уже хотя бы вторым путем».

«Белые пятна» в Священном Писании

Интересно, что если мы «вычеркнем» из Божественного Откровения Священное Предание, то в библейском тексте тут же появляются «белые пятна» — своеобразные содержательные провалы, заполнить которые без посторонних источников не представляется возможным.

Так, например, в книге Бытие говорится от лица патриарха Иакова его сыну Иосифу: Я даю тебе, преимущественно пред братьями твоими, один участок, который я взял из рук Аморреев мечом моим и луком моим (Быт 48:22). Однако в самом Писании (книга Бытие) нигде не говорится о военных действиях, которые совершал Иаков по отношению к Аморреям с «мечом. и луком» в руках.

Апостол Павел в Послании к Тимофею пишет как об общеизвестном факте, что Как Ианний и Иамврий противились Моисею, так и сии противятся истине, люди, развращенные умом, невежды в вере (2 Тим 3:8). Вновь возникает вопрос: откуда Павел почерпнул этот рассказ, если во всей Библии об этом конфликте неких Ианния и Иамврия с Моисеем нет ни слова?

В своей проповеди перед иудеями архидьякон Стефан сообщает: И научен был Моисей всей мудрости Египетской, и был силен в словах и делах. Когда же исполнилось ему сорок лет, пришло ему на сердце посетить братьев своих, сынов Израилевых (Деян 7:22–23). Снова: во всем Ветхом Завете не сообщается, в каком возрасте Моисею пришло. на сердце посетить братьев своих. И таких примеров в Библии значительное количество.

Но есть и куда более принципиальная проблема. Читатели Нового Завета наверняка сталкивались с тем, что после прочтения всего комплекса текстов не находили в нем хоть сколько-нибудь развернутого учения о некоторых принципиальных основах христианской жизни, например, о таинствах. Возникает вопрос: с чем связано такое молчание? И вопрос этот неразрешим в рамках принципа «только Писание».

Впрочем, и сама содержательная структура Нового Завета оказывается несколько размытой — в ней возникают логические неувязки, туманные места, не поддающиеся окончательной дешифровке. Что, например, означают слова Иисуса Христа о Хлебе Небесном, о виноградной лозе, о воде, текущей в жизнь вечную? Или к чему призывает апостол Павел, говоря: Да испытывает же себя человек, и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей. Ибо, кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем (1 Кор. 11:28–29)? О какой лозе, воде, хлебе и чаше идет речь? Сам новозаветный текст однозначного ответа нам не дает.

Однако все эти вопросы и проблемы тут же снимаются как только мы включаем Писание в его родную среду — то есть в Предание.

Протоиерей Иоанн Мейендорф прямо пишет, что приведенные выше изречения Христа «не могут быть вполне поняты без знания о том, что христиане в первом веке совершали Крещение и Евхаристию». Изречения о чаше, виноградной лозе и хлебе приобретают законченность и ясность, как только мы включаем их в сферу Предания. И это еще раз демонстрирует: Писание и Предание — взаимообусловлены и нерасторжимы. Только их единство обуславливает концептуальную завершенность Божественного Откровения.

Предание — это условие истинного понимания Писания, эталон, многовековой опыт прочтения и осмысления Библии Церковью, ориентируясь на который, и сам христианин может читать Откровение, не рискуя исказить его смысл.

Можно вспомнить характерный сюжет из книги Деяний, когда евнух, читавший Ветхий Завет, на вопрос апостола Филиппа: Разумеешь ли, что читаешь? — отвечал: Как могу разуметь, если кто не наставит меня? (Деян 8:30–31).

Предание как раз и «передает» верующему человеку это наставление, касающееся, правда, не только того, как читать Писание, но и того, как спастись.

Вне Церкви нет ни Предания, ни Писания

Предание, как и Писание, существует только для Церкви и только в рамках Церкви. Вне Церкви не существует ни Священного Писания, ни Священного Предания.

Священномученик Илларион Троицкий прямо пишет об этом: «Священное Писание — одна из сторон общей благодатной церковной жизни, и вне Церкви Священного Писания, в истинном смысле этого слова, нет».

И Алексей Хомяков замечал, что «вне Церкви живущему непостижимо ни Писание, ни Предание, ни дело».

Поначалу такие заявления покажутся декларативными и в некотором смысле даже чересчур громкими. Однако если мы зададим верный контекст, то все возможные недоразумения отпадут сами собой.

Предположим, я очень хочу, чтобы вы открыли для себя музыкальный мир Стравинского. Возможно, я даже неплохо разбираюсь в его творчестве и могу прочитать о нем целую лекцию, а потом прислать еще несколько хороших академических статей. И вы все это покорно выслушаете, прочитаете, усвоите, но музыку Стравинского все равно для себя так и не откроете. Потому что не произошло самого главного — встречи с этой музыкой, полного в нее погружения, непосредственного соприкосновение с тем, как ее исполняет оркестр.

Так же и с Писанием и Преданием. Рассказывать о них можно сколько угодно, исследований проштудировать сотни и тысячи. Но без личной встречи, без непосредственного построения своей жизни по Писанию и Преданию они так и останутся всего лишь любопытными артефактами человеческой истории.

И встретиться с ними, открыть их по-настоящему возможно только в Церкви, которая уже не одно тысячелетие непрерывно живет и дышит Преданием и Писанием в постоянной преемственности «исполнителей» Писания и Предания, то есть святых.

Святость — свидетельство жизни по Преданию и Писанию, подлинного воплощения полноты Божественного Откровения в судьбах конкретных людей, но в первую очередь — в жизни Иисуса Христа. Как музыка Стравинского тогда только становится подлинно явленной нам, когда мы слушаем ее в живом исполнении, так и

Предание и Писание тогда только во всей полноте открывается нам, когда мы пребываем в Церкви, когда мы сопричастны опыту святости. Самое же глубинное переживание Предания возможно только в таинстве Причастия. Евхаристия — средоточие Предания и Писания.

Божественное Откровение во всей своей полноте было дано Церкви единожды — в день Пятидесятницы. Все последующие века это Предание во всем его разнообразии лишь развертывалось и последовательно разъяснялось христианами.

И постановления Вселенских Соборов, и догматика, и учение святых отцов, и иконографический канон, и церковная архитектура, и библейский канон — все это и есть Священное Предание.

Потому учение Церкви не эволюционирует и не развивается в своем содержании. Оно только проявляется в истории человечества, в жизни святых людей.

Блаженный Августин, который и сам по-настоящему открыл для себя Предание и Писание, когда встретился с великим святым Амвросием Медиоланским, как-то написал парадоксальное: «Я не веровал бы Евангелию, если бы не побуждал меня к тому авторитет кафолической Церкви». И мы вслед за великим святым можем добавить: «Я не уверовал бы в Предание, если бы не побуждал меня к тому авторитет кафолической Церкви».

Читайте также:
Есть ли душа у человека: существует или нет, доказательства

А авторитет самой Церкви — всегда живущий в ней Святой Дух.

СВЯЩЕННОЕ ПРЕДАНИЕ

Свяще́нное Преда́ние (греч. άγιά παραδώσις, лат. sacra traditio)

Буквально греческое слово παραδοσις означает преемственную передачу, например, передачу по наследству, а также и сам механизм передачи от одного человека к другому, от одного поколения людей к другому.

Св. Викентий Леринский задает вопрос: «Что такое предание? – и сам же на него отвечает, – То, что тебе вверено, а не то, что тобой изобретено, – то, что ты принял, а не то, что выдумал».

Существует множество попыток дать точное определение Священному Преданию, но ни одна из них не признана исчерпывающей. Сложность задачи, по-видимому, обусловлена тем, что понятие о Священном Предании как о Слове Божьем, открывающемся Церкви, не может быть полностью формализовано. Мнение, согласно которому Предание отличается от Писания лишь тем, что передается устно, не соответствует фактам (основные догматы Церкви, принятые на Вселенских соборах, были зафиксированы письменно). В то же время очевидно, что в истории Ветхого Завета, Нового Завета и Церкви Откровение нередко передавалось именно путем живого, неписаного провозвестия. В Священном Предании заключен самый дух Откровения, его центральный вектор; в нем выражена вера Церкви; и кто принимает эту веру, тем самым принимает и Священное Предание. Однако в конкретном историческом процессе Священное Предание неминуемо обрастает традициями, не имеющими богооткровенного характера. Эти традиции Иисус Христос называет “преданием человеческим” (Мк 7,8; ср.Мф 15,6; Мк 7,3).

Соотношение Предания и Писания

В дореволюционных учебниках догматического богословия, а так же в катехизисах Священное Писание и Священное Предание обычно противопоставляются, в них говорится, что Предание и Писание это два источника вероучения, или два источника догматов.

Это связано с латинским влиянием на православное богословие, которое началось в период упадка образованности на Христианском Востоке. Это латинское схоластическое влияние в данном случае проявляется в характерной для латинской мысли тенденции кодифицировать Предание в исторических документах, памятниках, иначе говоря, рассматривать Предание почти исключительно как некую сумму информации о Боге, о духовной жизни, в то время как для восточных отцов Предание – это всегда не только знание, не столько информация, сколько именно живой опыт богопознания, опыт объемного видения богооткровенной истины, без которого подлинное знание оказывается невозможным.

Суть католического взгляда, во-первых, в том, что Писание и Предание рассматриваются как нечто взаимодополняющее, и, во-вторых, утверждается, что, и Писание, и Предание по отдельности заключают в себе не всю богооткровенную истину, а только некоторую ее часть.

Такое понимание соотношения Предания и Писания не согласуется со святоотеческим пониманием. Для сщм. Иринея Лионского (II век по Р.Х.) Священное Предание по своему содержанию не есть нечто отличное от Священного Писания, а, наоборот, Предание по содержанию тождественно Новому Завету.

И у других отцов Церкви мы можем найти утверждение, что Священное Писание само по себе содержит все потребное для благочестия, т. е. заключает в себе не часть богооткровенной истины, а всю истину в ее полноте.

Архимандрит Софроний (Сахаров) пишет: «. Предание объемлет собою всю жизнь Церкви настолько, что и самое Священное Писание является лишь одною из форм его… Священное Писание не глубже и не важнее Священного Предания, как сказано выше, одна из его форм: форма эта является ценнейшей и по удобству сохранения ее и по удобству пользования ею; но изъятое из потока Священного Предания, Писание не может быть понято, как должно, никакими научными исследованиями».

В.Н. Лосский утверждает, что Предание следует отличать от Писания, но, ни в коем случае не разделять и не противопоставлять одно другому, как это сделали протестанты и, в полемике с ними, католические богословы.

Если понимать Предание как независимый от Писания источник Откровения, которое есть лишь добавление к Писанию, нечто внешнее по отношению к нему, то в таком случае Преданию все равно сообщаются все те же свойства, которые характерны для Писания: оно оказывается “иными письменами” или “иными неписанными словами” – всем тем, что Церковь может прибавлять к Священному Писанию в горизонтальном, историческом своем плане.

Если же под Преданием подразумевать (как это часто делают) лишь устную передачу истин веры, то в таком случае лишь противопоставляются два способа передачи Откровения. Но противопоставляя написанные чернилами книги и сказанные живым голосом проповеди, все же остаешься на поверхности. И в том и в другом случае речь идет о проповеданном слове, и, в конечном счете, принципиальной разницы между устной передачей истин веры и письменной нет. В обоих случаях Предание оказывается весьма схоже с Писанием.

Окончательного различения невозможно сделать до тех пор, пока остается последний роднящий Предание и Писание элемент; элемент этот – слово. Предание не следует искать на горизонтальной линии “преданий”, которые, так же, как и Священное Писание, находят свое определение в слове. Если противопоставить Предание всему, что представляется реальностью слова, то надо сказать, что Предание – это молчание. “Тот, кто истинно обладает словом Христа, тот может слышать даже Его молчание”, – говорит святой Игнатий Антиохийский (Послание к Ефесянам, 15, 2).

В.Н. Лосский говорит, что для того, чтобы “освободить” Предание от всего, что является его проекцией в плане горизонтальном, необходимо войти в другое измерение – вертикальное.

Итак, когда говорится о соотношении Священного Писания и Священного Предания, необходимо избегать двух соблазнов: во-первых, опасности противопоставления Священного Писания и Священного Предания и, во-вторых, опасности свести Священное Предание к сумме некоторых знаний, к набору определенных памятников, в которых содержится это знание.

Определение Священного Предания

Если Писание и все то, что может быть сказано написанными или произнесенными словами, литургическими изображениями или же иными символами, если все это – различные способы выражать Истину, то Священное Предание – единственный способ воспринимать Истину, оно не есть Истина, но сообщение Духа Истины, вне Которого нельзя познать Истину. Предание есть жизнь Духа Святого в Церкви, жизнь, сообщающая каждому члену Тела Христова способность слышать, принимать, познавать Истину. Оно не есть содержание Откровения, но единственный модус его приятия.

Митрополит Московский Филарет (Дроздов) писал, что истинное и святое Предание – не только видимая и словесная передача учений, правил, постановлений, обрядов, но также и невидимое и действенное сообщение благодати и освящения [1].

«. Предание есть непрерывная последовательность не только идей, но и опыта. Оно предполагает не только интеллектуальную согласованность, но и живое общение на путях постижения истины», – утверждает протопр. Иоанн Мейендорф. По существу ту же самую мысль двумя тысячами лет ранее высказал апостол Павел: «. подражайте мне, как я Христу» (1 Кор. 4, 16).

“Под Священным Преданием понимается то непрерывное действие Духа Пятидесятницы в Церкви, которое передается из поколения в поколение через носителей этого Духа и выражает себя в вероучительных истинах, нравственных нормах, принципах духовной жизни, канонических и литургических установлениях, дисциплинарных требованиях, обрядах и т.д. в качестве необходимых средств спасения и духовного совершенствования человека” [2].

Совершенно не верно предполагать, что сформулированными догматическими положениями исчерпывается весь объем вероучения, жизненно содержимого Церковью. Следует различать вероучение, изначально полученное Церковью, и вероучение, формально определенное ею в силу исторической необходимости. Догматически сформулированное вероучение есть лишь “конспект” целостной и неделимой христианской истины, хранимой в церковном опыте… Если истина может быть только пережита, но не доказана, то определить, какое богословское суждение соответствует христианскому вероучению, а какое его искажает, при формальном подходе весьма затруднительно.

Об опасности формального понимания Предания говорит В.Н. Лосский в споре о Софии с о.Сергием Булгаковым: «Вот что понимает о. C.Булгаков под преданием Церкви: не таинственный ток ведения тайны, неиссякающий в Церкви и сообщаемый Духом Святым Ее членам, а просто «памятники церковной культуры», если можно так выразиться, мертвый сам по себе материал, т. е. не Предание, а то, что в той или иной мере создавалось Преданием, не самую реку, а те пески, хотя бы и золотые, которые она отлагает в своем течении. Если так понимать предание Церкви и все же считать при этом, что именно предание есть важнейшее догматическое основание Православия, то во что же превратится Православие? – в объект археологического исследования. Достоверность или недостоверность так понимаемого «предания» будет устанавливаться научной критикой, чтобы затем на этой почве православные богословы могли строить те или иные теологумены. Такое понимание Предания свойственно далеко не одному о. С. Булгакову. Оно глубоко укрепилось у нас, под влиянием католических и протестантских учебников, став отчасти уделом и нашего “школьного богословия”».

Читайте также:
Апологеты: понятие и значение в христианстве, задачи, история, особенности

То есть Предание есть единственный модус восприятия Богооткровенной Истины, единственный модус выраженную в догмате или иконе истину узнавать, а также и единственный модус вновь ее выражать.

Св. Ириней Лионский так говорил о Предании:

Свт. Иоанн Златоуст вообще писал о достаточности одного только Предания, как действия Святого Духа, для спасения человека, однако при этом настаивал на необходимости использования Священного Писания при нынешнем падшем состоянии:

Таким образом, Священное Предание включает в себя как бы три уровня:

  • низший, первый уровень – это, собственно, передача знания и исторических памятников, которые связаны с этим знанием;
  • во-вторых, это передача опыта духовной жизни;
  • в-третьих, это передача благодатного освящения, жизнь Святого Духа в Церкви.

Предание и “отеческие предания”

Нельзя оставаться в Предании благодаря некоей исторической статичности, сохраняя, как “отеческое предание” все то, что в силу привычки льстит “богомольной чувствительности”. Наоборот, подменяя такого рода “преданиями” Предание живущего в Церкви Духа Святого, именно больше всего человек и рискует оказаться, в конечном счете, вне Тела Христова.

Если Церковь, установив канон Священного Писания, хранит его в Священном Предании, то эта сохранность не статичная и не косная, а динамичная и сознательная. Иначе Церковь хранила бы одни лишь мертвые тексты, свидетельство умерших и завершенных времен, а не живое и живоносное слово, которым Церковь обладает независимо от существующих, не согласных друг с другом старых рукописей или же новых “критических изданий” Библии.

Кроме того, Предание действует критически, обнаруживая прежде всего свой негативный и исключающий аспект: оно отбрасывает “негодные и бабьи басни” (1 Тим. 4, 7), благочестиво принимаемые всеми теми, чей традиционализм состоит в принятии с неограниченным доверием всего того, что втирается в жизнь Церкви и остается в ней в силу привычки.

Также важен тот факт, что Церковь отбрасывает или принимает писания, выдающие себя за апостольские предания, не ставя перед собой вопроса их обязательной исторической подлинности, но, прежде всего, рассматривая в свете Предания их содержание.

О преданиях в Церкви профессор А.И. Осипов говорит: «Предания (особенности богослужебных чинопоследований, напевов, церковной дисциплины, обрядов и обычаев, обусловленных временем, народом, культурой, местом и прочее) всегда вторичны по отношению к Священному Преданию, они могут быть и полезными (напр., исповедь перед Причащением), и вредными (напр., “концерты” во время Запричастного)».

Надо заметить, что формальный критерий преданий, выраженный святым Викентием Леринским, – quod semper, quod ubique, quod ab omnibus, – может всецело относиться только к тем из апостольских преданий, которые передавались из уст в уста в течение двух или трех столетий. Уже Священное Писание Нового Завета вне этого правила, так как оно не было ни “всегда”, ни “везде”, “ни всеми принято” до окончательного установления канона Священного Писания. И что бы ни говорили те, кто забывают первичное значение Предания и желают подменить его неким “правилом веры”, формула святого Викентия еще меньше может быть применена к церковным догматическим определениям.

К формальному выражению Предания Церковь относит:

1) символы веры древнейших поместных церквей, каковы символы:

  • церкви иерусалимской, записанные св. Кириллом Иерусалимским в надписаниях его огласительных слов;
  • церкви антиохийской, текст которого приводит в своем сочинении против НесторияИоанн Кассиан;
  • церкви александрийской, помещенный Александром, епископом Александрийским, в его “Окружном послании” по поводу ереси Ария;
  • древний символ римской церкви, сохраненный блаженным Иеронимом, и др.

Все эти символы содержат в себе “апостольские догматы”, “апостольскую и непреложную веру церкви, которую церковь хранит по преданию от самого Господа через апостолов из поколения в поколение”. Русский перевод этих символов и исследование о них см. в издании профессора И. В. Чельцова: “Древние символы, так называемые апостольские, сохранившиеся в разных церквах от трех первых веков”, в “Христ. чтении”, 1869—1870 и отдельно.

2) “Правила апостольские”, принимаемые восточной церковью в качестве канонических в числе 85 (по определению Трулльского собора), а западной — в числе 50. Они не были написаны самими апостолами, но в них содержится несомненно практика времен апостольских; они издавна были в общем употреблении во всей церкви, хотя собраны в одно целое не ранее IV в. См. изданную Св. Синодом “Книгу правил” (исследование о них в “Христианск. чтении”, 1841) и монографию И. А. Стратилатова: “Древность и важность апостольских правил” (указаны и лучшие монографии о них в литературе западной);

3) вероопределения и правила св. соборов вселенских и тех поместных, которых авторитет признан Шестым Вселенским собором. В древних текстах они изданы на Западе, а на русском языке (параллельно с греческим текстом) — Московским обществом любителей духовного просвещения в 1876—1884 г.

4) “Исповедания веры” или “вероизложения”, сделанные отдельными отцами церкви по разным поводам. Таковы символы св. Григория Неокесарийского, Лукиана мученика, Василия Великого, Софрония Иерусалимского, так называемый символ Афанасьев, изложение православной веры Григория Паламы, патриарха Константинопольского Геннадия, Мелетия Мега, три догматических послания константинопольского патриарха Иеремии к лютеранам (1576—81) и др.

5) “Деяния” вселенских и поместных соборов [5].

6) Древние литургии, из которых многие происходят от апостолов. Русское издание их — в “Христ. чтении” и отдельно, с учеными исследованиями о них (СПб., 1874 и след.).

7) Акты мучеников, особенно древнейших (св. Игнатия, св. Поликарпа и др.), составленные непосредственными свидетелями их страданий, во время которых мученики нередко подробно излагали догматы христианского учения. Древнейшие редакции их изданы на Западе Рюинардом и др.

8) Творения св. отцов и учителей церкви, из которых иные толковали древние символы или подробно излагали церковное учение (Григория Нисского — “Слово огласительное”, Кирилла Иерусалимского — “Огласительные и тайноводственные поучения”, Дамаскина — “Богословие” и др.); особенно много сделали св. отцы для выяснения христианского учения в своих “беседах” и “словах”, произнесенных в храмах, и в отдельных “книгах”, содержащих объяснение Св. Писания Ветхого и Нового Заветов.

9) Древняя практика церкви, также отчасти воспроизведенная в письменности; она касается священных времен (посты, праздники и т. п.), священных мест, священнодействий, обрядов и т. п.

Проблема “догматического развития”

Динамизм Священного Предания не допускает никакого окостенения ни в привычных проявлениях благочестия, ни в догматических выражениях, которые обычно повторяются, механически как магические, застрахованные авторитетом Церкви рецепты Истины. Хранить “догматическое предание” – не значит быть привязанным к формулам доктрины

“Обновлять” – не значит заменять старые выражения новыми, более понятными и богословски лучше разработанными. Будь это так, необходимо было бы признать, что ученое христианство профессоров богословия представляет собой значительный прогресс в сравнении с “примитивной” верой учеников апостольских.

Поэтому можно говорить о догматическом развитии только в смысле чрезвычайно точном: формулируя новый догмат, Церковь отправляется от догматов, уже существующих. Церковь расширяет правила веры, опираясь в новых своих определениях на догматы, всеми принятые.

Кроме того, следует заметить, что догматы, принадлежа Преданию, отнюдь не становятся его “частями”, они есть лишь некое внешнее средство, дающее возможность участвовать в Предании Церкви, некий свидетель Предания, его внешняя грань.

И если канон Священного Писания образует законченный корпус, исключающий всякую возможность какого бы то ни было последующего роста, то “догматическое предание”, сохраняя свою неизменность “правил веры”, из которого ничто не может быть изъято, может расширяться и по мере необходимости включать новые, сформулированные Церковью выражения Богооткровенной Истины.

Использованные материалы

  • Свт.Василий Великий. О Предании Церковном.
    • http://azbyka.ru/otechnik/?Vasilij_Velikij/o_predanii_tserkovnom
  • Свмч. Иларион (Троицкий). Священное Писание и Церковь.
    • http://www.pravoslavie.ru/sretmon/illarion/pisaniecerkov.htm
  • Лосский В.Н. Предание и предания.
    • http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/bogoslov/Article/Loss_Pred.php
  • Давыденков Олег, иерей. Священное Предание // Догматическое богословие. Ч.I.
  • “Библиологический словарь” священника Александра Меня.
    • http://slovari.yandex.ru/

      книги/Библиологический словарь/Пре. ие/

  • А.А. Зайцев. Вероучение в Православной Церкви
  • А.И. Осипов. Лекции
  • Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона.
    • http://www.cultinfo.ru/fulltext/1/001/007/082/82679.htm

[1] Цит. по: Флоровский Георгия, прот. “Пути русского богословия”. Париж, 1939, с. 178.

[2] Из лекций проф.А.И. Осипова.

[3] Св. Ириней Лионский. Сочинения. Против ересей. III, 4, 2.

[4] Творения. На Мф. беседа I. 1 . Изд. СПб. Духовной Академии. Т. 7, стр. 5-6.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: